Александр Николаевич Романов, будущий российский император, появился на свет 17 апреля 1818 года. Отец, император Николай I, мальчиком почти не занимался, и он рос под влиянием матери, императрицы Александры Фёдоровны (урождённой принцессы Фридерики-Шарлотты-Вильгельмины, дочери прусского короля Фридриха-Вильгельма III), воспитанной в сентиментально-немецких традициях и передавшей их сыну. И так получилось, что Александр рос мальчиком мягким и чувствительным, а твёрдость и непреклонная властность, присущие Николаю Павловичу, так и не стали отличительными чертами его сына. К тому же и Василий Андреевич Жуковский, милейший и преисполненный сентиментальности человек, находившийся рядом, внушил Александру «религию сердца». Ох, и дорого же она ему впоследствии обошлась!

От страсти к руинам

В 1838 году Александр отправился в путешествие по Европе. Он побывал в Дании, Германии, Италии, Австрии и Англии. Из всех стран ему больше всего понравилась Италия, где он мечтал поселиться в гостинице и жить, наслаждаясь тишиной и нежным безоблачным небом. Родственники в Германии окружили будущего императора искренней заботой и любовью. В Гессен-Дармштадте в опере он познакомился с младшей дочерью герцога Людвига II, четырнадцатилетней девушкой, почти девочкой, с длинным именем Максимилиана-Вильгельмина-Августа-София-Мария. Дочь герцога сильно поразила Александра своей красотой и грацией.

Тогда он написал в своём дневнике: «Единственное мое желание – обрести достойную подругу, которая бы украсила мой семейный очаг и доставила высшее счастье на земле – счастье супруга и отца».

Однако венчание Александра с юной принцессой было отложено до 16 апреля 1841 года. В который уже раз русский императорский дом вступал в родственно-брачные отношения с Германией, а это требовало соблюдения определённых процедур.

Александр женился на принцессе Марии, когда ему было двадцать три года. Принцесса Максимилиана-Вильгельмина-Августа-София-Мария была крещена по православному обряду и стала великой княжной Марией Александровной. Супруг просто сгорал от любви и несколько лет чувствовал себя более чем счастливым. Однако затем по настоянию врачей его жена начала уклоняться от выполнения супружеских обязанностей. У неё начал развиваться туберкулёз, спровоцированный промозглым петербургским климатом и частыми родами (всего результатом этой горячей любви стало восемь детей). В 1860 году, когда она родила последнего ребёнка, ей исполнилось тридцать шесть лет, и её болезнь уже ни для кого не составляла секрета. Придворные шептались по углам, что императрица страшно похудела, превратилась почти в скелет, покрытый толстым слоем румян и пудры. Александр охладел к жене, и придворные соответственно.

Так что к моменту встречи Александра с Екатериной его брак с Марией давно лежал в руинах. Но дело было не только в том, что жена перестала быть для него возбуждавшей желание женщиной. С тех пор как Александр Николаевич в 1855 году вступил на престол, Мария, ставшая императрицей Марией Александровной, оказалась в плену неизменного придворного этикета, сделалась рабой внешних привычек и ритуалов, а это не могло не раздражать.

Между тем жизнь Александра Николаевича совершенно переменилась. Начатые им реформы в стране сильно изменили его, он с головой погрузился в пучину проблем, которые не давали ему покоя ни днём, ни ночью. При этом император был одинок, так как Мария Александровна, занятая мелочными придворными делами, больная и унылая, и не думала помогать ему. Ну, пусть не могла помогать, но хотя бы участвовала и поддерживала морально! Нет, не тот это был человек. Императрица осталась за пределами того мира, в котором жил теперь её муж.

Что обычно происходит с мужчиной, оказавшимся в подобном положении? Естественно, он начинает искать понимание на стороне, и Александр Николаевич Романов не стал исключением…

Знакомство в Тепловке

Когда состоялась первая встреча Александра II и Катеньки Долгорукой? Мнения биографов расходятся. Одни утверждают, что это произошло в августе 1857 года, другие уверены, что это было двумя годами позже. В любом случае, их первая встреча произошла случайно, и обстоятельства их знакомства таковы: император решил провести крупные манёвры на Украине и принял приглашение князя и княгини Долгоруких посетить их имение Тепловку, расположенное в окрестностях Полтавы. Там-то он впервые и увидел дочь хозяев, как выяснится потом, свою настоящую и последнюю любовь.

Александру Николаевичу тогда было сорок лет, ей – на двадцать девять лет меньше.

Отцом Катеньки был отставной капитан гвардии Михаил Долгорукий, а матерью – Вера Вишневская, одна из богатейших украинских помещиц. Правда, к концу 50-х годов XIX века богатство семейства Долгоруких оказалось уже в прошлом.

Катеньке было тогда чуть больше десяти, но она очень хорошо запомнила большого статного мужчину с пышными усами и ласковым взглядом. Он сидел на веранде после обеда, а она пробегала мимо. Он окликнул её, спросив, кто она такая, и девочка важно ответила:

– Я – Екатерина Михайловна.

– А что ты ищешь здесь? – полюбопытствовал Александр Николаевич.

– Я хочу видеть императора, – чуть смутившись, призналась девочка.

Это рассмешило государя, он усадил её на колени и некоторое время поболтал с нею. На следующий день, снова встретив девочку, император был поражён её прирождённой грацией, прелестными манерами и большими глазами испуганной лани. Изысканно-любезно, как будто бы она была придворной дамой, он попросил её показать ему сад. Они долго гуляли вместе. Катенька была в восторге и навсегда запомнила этот день.

Когда четыре года спустя Михаил Долгорукий умер, оставив кучу долгов, Александр II, дабы оградить его семью от настойчивых кредиторов, принял Тепловку под свою опеку. Также он взял на себя и расходы по воспитанию шестерых детей князя: четверым братьям Долгоруким он посодействовал в поступлении в петербургские военные училища, а двум сёстрам – в знаменитый Смольный институт. Обучение велось за счёт государя.

В Смольном институте

Итак, Катя и её младшая сестра Мария были помещены в Смольный институт. Уже там девушки выделялись своей красотой. Старшая была девушкой среднего роста, с изящной фигурой, изумительно нежной кожей и роскошными светло-каштановыми волосами. Лицо её казалось словно выточенным из слоновой кости, а ещё у неё были удивительно выразительные светлые глаза и красиво очерченный рот.

Императору по традиции полагалось часто посещать Смольный (заведение находилось под патронажем императорской семьи), и, встретив здесь однажды девицу Долгорукую, он узнал в ней ту самую милую девочку из Тепловки. Произошло это весной 1865 года, Екатерине в ту пору уже было семнадцать лет.

После этого при каждом посещении Смольного, а они стали частыми, Александр II подолгу беседовал с ней, и было заметно, что он относится к ней по-особенному. Похоже, красавица Екатерина сразила монарха, что называется, наповал.

Случайная встреча в Летнем саду

После окончания Смольного института Екатерина поселилась в Петербурге у старшего брата на Бассейной.

Однажды весной Александр II встретил её в Летнем саду. Девушка гуляла в сопровождении горничной, а император совершал свою традиционную утреннюю прогулку. Сама Екатерина потом описывала эту встречу так: «Наконец, моё заточение кончилось, и я вышла из Института... Совсем ещё ребёнок, я совершенно потеряла предмет своей привязанности, и лишь год спустя, по счастливой случайности, встретила императора 24 декабря 1865 года в Летнем саду. Он сначала не узнал меня... Этот день стал памятен для нас, ибо ничего не говоря друг другу и, может быть, не понимая ещё того, наши встречи определили нашу жизнь».

В тот день, не обращая внимания на прохожих, император долго гулял с Екатериной в одной из боковых аллей. Кончилась эта прогулка тем, что он, наговорив ей кучу изысканных комплиментов, чуть ли не признался в любви.

За этим последовали другие свидания. Они гуляли по аллеям Елагина острова, любовались его романтическими прудами, бродили по тенистым лесам в окрестностях Петергофа, и в конце концов всем стало ясно, что император откровенно приударяет за Долгорукой. Александр II был ласков и нежен, смущая неопытную девушку откровенными комплиментами.

В отношениях с Александром, становившихся всё более и более недвусмысленными, княжна Долгорукая держала оборону почти год. А Александр, обычно легко и быстро покорявший женщин, почти год не мог найти путь к её сердцу.

Перелом в отношениях

Первый перелом в развитии их отношений случился 4 апреля 1866 года, в тот день, когда в Летнем саду в царя-реформатора, самого, пожалуй, либерального из всех российских самодержцев, выстрелил террорист Дмитрий Каракозов.

В тот день Александр, закончив обычную прогулку по Летнему саду, вышел за ворота, чтобы сесть в коляску. Неожиданно к нему подошёл молодой человек, выхватил револьвер и направил прямо в грудь. Нападение было столь неожиданным, что должно было окончиться трагически, но стоявший неподалёку некий Осип Комиссаров успел ударить террориста по руке. Пуля пролетела мимо.

Покушение такого рода было первым в русской истории и поэтому произвело на современников огромное впечатление. Екатерину – потрясло. В своём дневнике она записала: «В тот день я была в Летнем саду, император говорил со мной, как обычно, и спросил, когда я собираюсь навестить сестру в Смольном, и когда я сказала, что отправлюсь туда сегодня же вечером, что она меня ждёт, он заметил, что приедет туда, только чтобы меня увидеть. Он сделал ко мне несколько шагов, дразня меня моим детским видом, что меня рассердило, я же считала себя взрослой. «До свидания, до вечера», – сказал он мне, и направился к решётчатым воротам, а я вышла через маленькую калитку возле канала.

По выходе я узнала, что в императора стреляли при выходе из сада. Эта новость потрясла меня настолько, что я заболела, я столько плакала, мысль, что такой ангел доброты имеет врагов, желающих его смерти, мучила меня. Этот день ещё сильнее привязал меня к нему; я думала лишь о нём и хотела выразить ему свою радость и благодарность Богу, что он спасся от подобной смерти. Я была уверена, что он испытывает такую же потребность меня увидеть. Несмотря на волнения и дела, которыми он был занят днём, он вскоре после меня приехал в институт. Эта встреча стала лучшим доказательством, что мы любим друг друга.

Вернувшись домой, я очень долго плакала, так я была растрогана видеть его счастливым от встречи со мной, и после долгих раздумий решила, что сердце моё принадлежит ему».

Как видим, любовь приходит и уходит независимо от нашей воли, и порой для её вспышки оказывается необходимым выстрел террориста из подпольной группы. Как говорится, что имеем – не храним, а по-настоящему что-то ценить мы начинаем только при риске это потерять.

Зарождение сильного чувства

Даже самые неприступные крепости иной раз сдаются. Весной того же 1866 года умерла мать Екатерины Долгорукой. Страшась одиночества, Екатерина всем сердцем потянулась к Александру, который по возрасту годился ей в отцы. И вот летом 1866 года в одном из дворцов Петергофа княжна наконец уступила Александру II. Потом она весьма элегантно выразила то, что с ними произошло: «Я отдала ему с радостью единственную связь, которой нам ещё недоставало, которая при таком обожании была счастьем».

К тому времени она уже была фрейлиной императрицы Марии Александровны, хотя фрейлинских обязанностей почти не исполняла (императрице тяжело было видеть эту красивую девушку подле себя). Постепенно регулярные встречи с влюблённым монархом сделали своё дело. Екатерина стала привыкать к императору, начала позволять себе видеть в нём не только владыку, но и приятного мужчину, встречала его улыбкой, перестала дичиться.

В то время ему было сорок семь лет, и он оставался ещё очень привлекательным мужчиной, находившимся в самом расцвете зрелости. При этом Александр II не был «юбочником». Он искал настоящего чувства, и в этом чувстве его привлекали не столько высокий романтизм или острые ощущения, сколько желание обрести подлинный покой, тихий и прочный семейный очаг.

Свидания в Зимнем дворце

По свидетельству фрейлины императрицы Александры Толстой, при дворе все сначала приняли новый роман императора за очередное увлечение. Но всё изменилось, когда Александр II вручил Екатерине ключ от своих апартаментов в Зимнем дворце. С этого дня ничто не могло помешать им любить друг друга. Три-четыре раза в неделю Екатерина тайно приходила в Зимний дворец, собственным ключом открывала низенькую дверь и проникала в уединённую комнату первого этажа, некогда служившую кабинетом императору Николаю I. Отсюда по потайной лестнице, ведущей в царские апартаменты, она поднималась на второй этаж и, трепещущая то ли от страха, то ли от предвкушения встречи, оказывалась в объятиях своего возлюбленного.

Что же происходило? Чем так покорила государя эта молоденькая провинциалка?

Возможно, именно своей юной невинной чистотой. Действительно, Екатерина долго не понимала, как же можно вступать в какие-то отношения без любви. И потом, ведь перед ней был сам государь, особа священная… Словом, в отличие от других женщин, она не сразу поддалась его чарам. Удивлённый таким упорством девушки, император вдруг всерьёз ею заинтересовался, взглянул на неё другими глазами и увидел в ней человека, личность… И тогда увлёкся всерьёз, стал, как юный корнет, искать с ней свиданий в парках и иных уединённых местах, тронул её какой-то своей внутренней беззащитностью и постепенно завоевал её любовь.

Рождение сына Георгия

И вот настал день, когда Екатерина Михайловна Долгорукая почувствовала себя беременной. Александр II был, надо прямо сказать, несколько ошеломлён. Неужели он чего-то опасался? Да, конечно, и прежде всего – злословия по поводу его адюльтера. Но не меньше его беспокоило другое. Он боялся, что пострадает при родах великолепная фигура Екатерины, равно как и весь её облик, не говоря об угрозе смертельного исхода.

Любопытно, как сама Екатерина трактовала эту свою беременность. Она утверждала, что сложность их положения не позволяла, конечно же, иметь детей, но её здоровье ухудшалось, и доктор заявил, что единственное, что её спасет, – это родить. Далее же следовала такая версия: «Император, никогда не думавший о себе, но всё время обо мне, немедленно последовал указаниям врача, и девять месяцев спустя Бог послал нам сына».

Появившийся на свет мальчик оказался вполне здоров. Его назвали Георгием и поместили на воспитание в дом генерала Рылеева, начальника личной охраны царя. Здесь под присмотром жандармов, что не вызывало ни у кого подозрения, младенец находился первое время. Его поручили заботам русской кормилицы, а потом гувернантки-француженки. Но шила, как известно, в мешке не утаишь. Мальчик появился на свет в апреле 1872 года, а уже через две недели законные наследники престола заволновались. Они боялись, что незаконнорождённый когда-нибудь заявит о своих правах.

Рождение дочерей Ольги и Екатерины

На следующий год у царя родилась дочь Ольга. Увеличение числа незаконных отпрысков ещё больше обеспокоило царственное семейство, но Александр Николаевич каждый раз впадал в страшный гнев при малейшем намёке на необходимость порвать эту связь. Вскоре у княжны Долгорукой родился и третий ребёнок – дочь Екатерина.

Так уж вышло, что Екатерина Долгорукая ради любви к императору навсегда погубила свою репутацию, пожертвовала не только жизнью в свете с присущими развлечениями, но и нормальной семейной жизнью. Когда же родились сын и две дочери, у неё появилась новая печаль: её дети были незаконнорождёнными, бастардами. Александр II очень гордился сыном, говорил со смехом, что в этом ребёнке больше половины русской крови, а это такая редкость для дома Романовых…

Переезд в Зимний дворец

Встречались Александр Николаевич и Екатерина ежедневно. При этом она жила очень уединённо, а если император куда-либо уезжал, отправлялась за ним и селилась поблизости.

Начавшаяся Русско-турецкая война на время разлучила их. Александр II находился в войсках. Не выдержав разлуки, влюблённые встретились в Кишинёве. И всё же пришлось снова расстаться. Военные действия развивались молниеносно, ставка императора была перенесена на болгарскую территорию. Находиться там было опасно для Екатерины Михайловны. В разлуке они каждодневно писали друг другу пылкие послания.

По возвращении с войны Александр Николаевич переселил Екатерину в Зимний дворец, в комнаты, расположенные над его апартаментами и соединённые с ними лестницей. Императорскую фамилию всё это, разумеется, крайне возмущало, но Александр ничего и слышать не хотел. После испытаний и лишений Балканской войны он наслаждался теплом и заботой, которыми окружила его Екатерина Долгорукая. Император ещё больше привязался к ней, сознавая, что она значит для него в этом мире. Всей душой он невольно стремился к единственному человеку, пожертвовавшему для него своей честью, светскими удовольствиями и успехами, к человеку, думающему о его счастье и окружившему его знаками страстного обожания.

Вторая законная жена императора

Княжна Долгорукая сделалась для императора столь необходимой, что он и думать не хотел о расставании и никому не позволял не то что дурно обращаться, но и просто непочтительно отзываться о ней.

Так они и жили, скрываясь ото всех, и при этом у всех на виду. И хотя все негодовали на «дерзкую наложницу» императора (так Долгорукую тихим шёпотом называли при дворе), Александр был уверен, что только она составляет счастье его жизни. Так Екатерина Долгорукая при живой императрице Марии Александровне фактически стала супругой императора; не фавориткой, а как бы второй законной женой.

Парадоксально, но современники утверждают, что правящая императрица Мария Александровна была посвящена практически во все любовные похождения своего царственного супруга. Впрочем, она была больной женщиной и ничего не могла предложить ему…

Скандал в «стеклянном доме»

Как ни странно, Александр II, находясь на вершине власти, искренне верил, что у него, как и у каждого человека, может быть своя закрытая от всех жизнь, свой недоступный для других, частный мир. Но в этом он жестоко заблуждался: ведь всякий правитель живёт в «стеклянном доме» и каждый его шаг, жест, слово замечают, обсуждают, делают событием, облекают сплетнями.

Его связь с Екатериной Долгорукой вызвала страшное смятение и возмущение в семье. Особенно был удручён его наследник, цесаревич Александр. Он любил отца, не смел его открыто осуждать и одновременно мучительно переживал за мать. Естественно, что в его глазах Долгорукая была главной виновницей всех бед.

Как-то раз она присутствовала на придворном балу. Как только император покинул зал и уехал из дворца, Александр Александрович кинулся к оркестру и к всеобщему изумлению прервал бал в полном разгаре. Наследник не мог вынести даже мысли, что «эта женщина» может тут весело танцевать вместе с порядочными людьми.

Следует сказать, что роман императора разделил его окружение на два лагеря: сторонников Екатерины Долгорукой и сторонников наследника престола Александра Александровича. Императрица Мария Александровна страдала молча и ни во что не вмешивалась. При этом однажды она всё же высказала свою позицию, заявив: «Я прощаю оскорбления, нанесённые мне как монархине, но я не в силах простить тех мук, которые причиняют мне как супруге».

А тем временем в великосветских салонах всё смелее раздавались негодующие голоса: император устал, он больше ничем не интересуется, кроме своей княжны Долгорукой, и ждёт не дождётся смерти императрицы, чтобы жениться на фаворитке. А её переезд в Зимний дворец называли скандалом на всю Европу.

В том, что Александр Николаевич, вынужденный метаться между императрицей, умиравшей от чахотки, и Екатериной Долгорукой, устал, можно было не сомневаться. Его здоровье ухудшилось, он часто плакал. Охлаждение к нему ещё недавно преданных людей и всеобщая ненависть к княжне доставляли ему невыносимые страдания.

Смерть императрицы

Это двусмысленно-фальшивое положение закончилось со смертью Марии Александровны. Императрица тихо скончалась в Зимнем дворце, в собственных апартаментах, в ночь со 2 на 3 июня 1880 года. Много лет она с необыкновенным достоинством и смирением несла свой крест, не устраивая скандалов и не упрекая неверного мужа. Она совершила главный подвиг своей жизни – укрепила престол династии многочисленными наследниками. Благодаря ей, на свет появились восемь венценосных детей: две дочери и шесть сыновей. Судьба ссудила ей пережить двоих из них – дочь Александру и цесаревича Николая, умерших соответственно в 1849 и 1865 годах.

Она всё знала об отношениях своего супруга с Екатериной Долгорукой, так как была слишком умна для самообмана, но сделать ничего не могла… Или не хотела? Она страдала все четырнадцать лет этой скандальной связи; страдала молча и не подавая вида, что это её ранит. И в этом была своя гордость и своя щемящая боль. Не все это понимали и принимали.

Морганатический брак

После смерти императрицы Александр II не стал откладывать обустройство своих личных дел и спустя два месяца после пышных похорон законной супруги сочетался законным, хотя и тайным морганатическим (то есть неравнородным), браком с Екатериной Долгорукой.

Своё решение император принял, ни с кем не посоветовавшись, что было довольно неожиданным для приближённых. Но император не любил посвящать кого-либо в свои личные дела. Даже его самый близкий соратник, министр двора граф Адлерберг, узнал о намерении государя за два дня. В последний момент был извещён и придворный священник. Кроме них знали о предстоящем тайном и очень скромном венчании немногие.

Обряд венчания состоялся 6 июля 1880 года в небольшой комнате нижнего этажа Большого Царскосельского дворца у скромного алтаря походной церкви. Были приняты строжайшие меры к тому, чтобы никто из караульных солдат или офицеров, ни один дворцовый слуга не заподозрил о происходящем. Можно подумать, что речь шла о каком-то постыдном поступке, но, скорее всего, Александр II заботился о том, чтобы его родня не попыталась сорвать мероприятие.

В день свадьбы император сказал: «Четырнадцать лет я ждал этого дня и боюсь своего счастья. Только бы Бог не лишил меня его слишком рано...»

Через несколько часов он издал тайный указ, объявляя о свершившемся и предписывая жене титул и фамилию светлейшей княгини Юрьевской. Ту же фамилию получили и их дети, а также те, которые могли бы родиться впоследствии.

После бракосочетания молодожёны уехали в Крым. Их медовый месяц длился с августа по ноябрь. По возвращении в столицу Екатерина Михайловна поселилась в императорских апартаментах, а на её банковский счёт Александр II положил более трёх миллионов рублей золотом. Казалось, император был совершенно счастлив…

Страшный взрыв

Пережив пять покушений, Александр II всё-таки отказывался покинуть столицу. Вся Россия твердила, что император, по предсказанию парижской гадалки, переживёт семь покушений, и никто не думал, что 1 марта 1881 года их будет два!

На этот раз под колёса его кареты бросили бомбу. Раздался страшный взрыв, звон разбитого стекла. Из-за поднявшегося густого облака дыма и снега ничего нельзя было разобрать. Повсюду слышались крики и стоны, двое казаков и какой-то мальчик лежали в лужах крови, около них – убитые лошади.

Террориста, конечно же, схватили. Александр II, как ни странно, остался цел и невредим, он был лишь оглушён взрывом. И тогда из толпы вдруг выскочил другой террорист, также со свёртком, и бросил его под ноги Александру. Новый взрыв потряс воздух. Александр и его убийца (им оказался народоволец Гриневицкий) оба упали на снег, смертельно раненые. Лицо императора было окровавлено, пальто частично сожжено и изорвано в клочья, правая нога оторвана, левая раздроблена и почти отделилась от туловища. Глаза его были открыты, губы шептали: «Помогите мне... Жив ли наследник?..»

Растерзанного взрывом, но ещё живого императора привезли в Зимний дворец. Каждую минуту входили люди – медики, члены императорской фамилии. Екатерина вбежала полуодетая и бросилась на тело мужа, покрывая его руки поцелуями и крича: «Саша, Саша!»

Она схватила аптечку с лекарствами и принялась обмывать раны мужа, растирала виски эфиром и даже помогала хирургам останавливать кровотечение.

Мутным от боли взором Александр посмотрел на окружавших близких. Его губы шевельнулись, но звука не последовало. Глаза закрылись, голова бессильно откинулась. Екатерина приняла его последний вздох. Это было в четыре часа тридцать пять минут пополудни…

Так страшно и нелепо погиб Царь-Освободитель, отменивший крепостное право, выигравший войну с Турцией, принявший ряд законов, позволивших России начать новый экономический прорыв. Так «отблагодарила» его революционная организация, именовавшая себя «Народной волей». Но она убила не только царя-реформатора, она убила любящего и горячо любимого человека, она убила счастье, которого Александр и Екатерина ждали так много лет…

Смерть в Ницце

Накануне перемещения останков Александра II из Зимнего дворца в Петропавловский собор Екатерина Долгорукая остригла свои прекрасные волосы и венком вложила их в руки супруга. Убитая горем, она поднялась по ступенькам катафалка, опустилась на колени и припала к телу невинно убиенного. Лицо императора было невидимо под красной газовой вуалью. Но Екатерина резко сорвала вуаль и поцелуями покрыла изуродованные лоб и лицо, после чего, качаясь, покинула помещение.

Неприязнь к княгине была столь высока, что после похорон Александра II ей вместе с детьми пришлось эмигрировать во Францию, в Ниццу. Там она прожила более тридцати лет почти всеми забытая.

Эти годы, что Екатерина Михайловна жила за границей, она молилась за упокой души раба Божьего Александра. И не было дня, чтобы она не вспоминала о нём, и лишь ждала часа, когда соединится с ним на небесах. Она навсегда покинула Россию, но до конца своих дней осталась верной своей первой и единственной любви.

Княгиня Юрьевская, урождённая Екатерина Михайловна Долгорукая, умерла в Ницце 15 февраля 1922 года в возрасте семидесяти пяти лет.

К слову

В некрологе было отмечено, что в Ницце она славилась не как морганатическая жена русского императора, а как человек, заботившийся о бездомных животных и добившийся устройства специального водоёма, где собаки и кошки могли попить в жару.

Сергей Нечаев

Теги: , , ,