Обстоятельствам жизни Александра Сергеевича Пушкина посвящено огромное количество исследований, и нет, пожалуй, в нашей стране грамотного человека, который каким-либо образом не соотносил себя с именем поэта и его творениями. Без преувеличения можно сказать, что у каждого свой Пушкин. Вот почему автор этих строк с неким душевным трепетом берётся за тему рокового выстрела, прозвучавшего 27 января (8 февраля по новому стилю) 1837 года на Чёрной речке, унёсшего жизнь «солнца русской поэзии», и постарается дать свою трактовку многим фактам, известным и сокрытым.

 

Мне не впервые приходится писать о тайнах и загадках русской истории, но тут случай особый. На тему «А.С. Пушкин и масоны» в отечественной историографии долгое время было наложено своеобразное табу. И не только на эту тему, а на всё, что было связано с историей русского масонства. Почему? Да потому, что, углубляясь в суть проблемы, пришлось бы пересматривать сложившиеся трактовки многих явлений истории, таких как движение декабристов, деятельность русских просветителей Новикова и Радищева, событий Февральской революции 1917 года и роли в них А.Ф. Керенского, то есть всего того, к чему приложили руку «масонские братья».

Отмечу, что увлечение масонскими идеями, нашедшими в годы французской революции XVIII века своё воплощение в звучных лозунгах свободы, равенства и братства, было свойственно и прогрессивно мыслящим представителям русского дворянства. Историк Виктор Брачев в книге «Масоны у власти» называет число русских членов масонских лож в XVIII–XIX веках равным двенадцати тысячам человек.

Интерес к этим идеям испытал и А.С. Пушкин. Масонами различных степеней были его отец и два дяди: Николай и Василий Львовичи, а также многие друзья. Некоторые исследователи творческого наследия поэта считают, что символика и обрядность масонства нашли своё отражение в «Вакхической песне», «Пророке», «Страннике», «Скупом рыцаре», «Моцарте и Сальери», «Пиковой даме». Вступил же А.С. Пушкин в «масонское братство» 4 мая 1821 года в Кишинёве. Это была ложа «Овидий», являвшаяся дочерним ответвлением Великой ложи «Астрея», нити которой тянулись во Францию. Основателем ложи являлся генерал-майор Павел Сергеевич Пущин (не путать с другом поэта И.И. Пущиным), владелец имения Жадрицы в Новоржевском уезде Псковской губернии, то есть сосед семейства Пушкиных по сельцу Михайловскому. Известно также, что Пушкину была присвоена масонская степень ученика («профана») и выданы четыре клеёнчатые тетради для ведения дневника. По свидетельству одного из первых биографов поэта П.В. Анненкова, масоны тщательно следили за ним «из одного побуждения – наблюдать явление, не подходящее к общему строю жизни». Что же касается самого А.С. Пушкина, то вступ­ление в масоны ничего не изменило в его жизни и было чисто формальным. Более того, «ритуальные» клеёнчатые тетради он легкомысленно употребил на написание очередных стихотворений. Со временем Александр Сергеевич стал не только насмешливо относиться к внешней обрядности масонства, но и встал на противоположные ему государственно-патриотические позиции, заявляя, что «нерусское всё это».

 

Вышедший в отставку упомянутый генерал П.С. Пущин, поселившийся в своём псковском имении, начал распространять о поэте клеветнические слухи, которые имели своим следствием приезд секретного агента III отделения А.К. Бошняка, скрупулёзно собиравшего досье на Пушкина и имевшего своей целью арест последнего в случае подтверждения слухов. Но, как говорят, пронесло. Однако, как уже было сказано, П.С. Пущин являлся создателем и руководителем масонской ложи и вряд ли действовал просто так, по своему разумению. Таким образом, масоны, используя «силовой государственный ресурс», хотели отомстить поэту-отступнику. В это общество легче было вступить, чем выйти из него.

Самый же главный удар своим «заклятым друзьям» Александр Сергеевич нанёс, опуб­ликовав в сентябре 1831 года стихотворение «Клеветникам России». Поводом к его написанию послужили речи французских масонов, призывавших к вторжению в Россию в связи с русско-польскими военными действиями. Завершая свою поэтическую отповедь, поэт писал:

… Вы грозны на словах –
попробуйте на деле!
Иль старый богатырь,
покойный на постеле,
Не в силах завинтить
свой измаильский штык?
Иль русского царя уже бессильно слово?
Иль нам с Европой спорить ново?
Иль русский от побед отвык?
Иль мало нас? Или от Перми до Тавриды,
От финских хладных скал
до пламенной Колхиды,
От потрясённого Кремля
До стен недвижного Китая,
Стальной щетиною сверкая,
Не встанет русская земля?
Так высылайте ж нам, витии,
Своих озлобленных сынов:
Есть место им в полях России,
Среди нечуждых им гробов.

Принимая А.С. Пушкина в члены ложи «Овидий», масоны рассчитывали, что сила его таланта будет направлена на воспевание идей «братства», а получили обратное. Исследователь деятельности русского масонства В.И. Курбатов в книге «Тайное общество масонов» приводит в связи с этим интересную цитату из поучения гроссмейстера одной из масонских лож: «Если писатель напишет в своей книге мысли и рассуждения совершенно правильные, но не подходящие к нашему учению или слишком преждевременные, то следует или подкупить этого автора, или его обесславить».

В случае с А.С. Пушкиным осуществить подкуп было невозможно, а вот обесславить… Не к этому ли вели все «дьявольские козни» семейки Геккерна–Дантеса, избранной оружием масонского возмездия?

Подробнее читайте в №1/2022 журнала «Тёмные аллеи»

Автор: Александр Обухов