Недавно стали доступны практически все отечественные архивные материалы и опубликованы громадными тиражами заграничные собрания личных документов Льва Троцкого. К событиям его жизни добавились многие неизвестные прежде подробности. И эти подробности позволяют по-иному взглянуть на изгибы судьбы «демона революции».

Неудавшийся путч

7 ноября 1927 года Троцкий очертя голову как-то вовсе уж безрассудно ринется осуществлять «тактику Клемансо» на деле. В этот день он попытается организовать путч. И вот какие есть, оказывается, совсем не основательные в монументальной биографии вождя народов Иосифа Сталина житейские эпизоды. Весьма опасные между тем. Один из активных заговорщиков, какой-то Яков Охотников, добрался-таки до места, где за парадом увлечённо наблюдал сам Генеральный секретарь партии. Охотников подскакивает к нему и отвешивает вполне беспощадный удар кулаком по затылку. Замахнулся ещё, но охранник опамятовался уже и даже неловко ткнул Охотникова перочинным ножичком. Другого оружия у него не было. Главное, что этого Охотникова тут же перевязали и отпустили на все четыре стороны.

Путч Троцкого провалился, демонстрация троцкистов была разогнана «разъ­ярённой рабочей массой». Из этой рабочей массы в боевиков Троцкого стали бросать «льдинами, картофелем и дровами». Главное, что рабочие чётко следовали тут подробным инструкциям самого Троцкого. Цинично оправдывая свой собственный террор, Троцкий говорил так: «Трудно обу­чить массы хорошим манерам. Они действуют поленом, камнем, огнём, верёвкой». Ледорубов и точно у рабочих пока не было. Однако по машине с Троцким, Каменевым и Мураловым стреляли и попытались вытащить оппозиционеров из автомобиля. Впрочем, они отделались лишь испугом. Ссылка Троцкого в Алма-Ату, высылка за границу и убийство были уже не за горами. В Мексике.

Стать кем-то вроде Понтия Пилата

В тридцать девятом году началась, наконец, так ожидаемая Троцким новая мировая война.

Величайший из приспособленцев, он тут же понял все свои великие выгоды. Перед Троцким встала реальная перспектива повторить блестящий ленинский путь к власти. Он всегда был уверен, что Германия непременно победит советскую Россию в этой войне, и грел себя надеждой стать при Гитлере кем-то вроде Понтия Пилата при императоре Тиберии. Прокуратором необъятной русской провинции.
Ему нужна была власть в России, которая нескончаемыми своими ресурсами, людскими и природными, дала бы ему новую возможность продолжить победное шествие к овладению миром. Помешательство «мировой революцией» обострилось. Очень интересно тут то, что этот бред зацепил другого клинического властолюбца – Адольфа Гитлера.

Первый биограф Гитлера Кондрат Гейден рассказывает в своей книге «Дер фюрер», что Гитлер ещё в 1930 году изумил своё окружение неумеренными похвалами «Моей жизни» Льва Троцкого. «Блестяще! – кричал Гитлер своим собеседникам, размахивая перед ними книжкой Троцкого, – меня эта книжка научила многому, и вас она может научить». А у Троцкого даже в заголовке «Моей жизни» чувствуется этакий парафраз «Моей борьбы» Гитлера.

При таком начале, несомненно, их житейские и духовные векторы должны были пересечься. И это произошло.

Евгений Гусляров

Отрывок. Целиком статью читайте в журнале «Тёмные аллеи» 3/2020.

Иллюстрация: Г. Клуцис. Шесть лет Красной Армии