В Японии сегодня очень многие считают, что Россия должна покаяться за вступ­ление СССР в войну против неё в августе-сентябре 1945 года. Дескать, если это произойдёт, то современная Япония наладит с ней полноценные добрососедские отношения. Впрочем, и в России эта точка зрения тоже имеет место, в основном в либеральной среде. Отсюда и сказки, что Красная Армия воевала тогда не с мощной Квантунской армией, а лишь с её бледной тенью. А что же было на самом деле?

Без советского участия

Советский Союз не мог не вступить в эту войну. У нашей страны накопилось слишком много обоснованных счетов к милитаристской Японии. Не забылись и нерадостные итоги русско-японской войны 1904–1905 годов, её интервенция во время Гражданской войны. По вине Японии на Дальнем Востоке неоднократно возникали масштабные приграничные конфликты (Хасан, Халхин-Гол), а более мелкие провокации не прекращались никогда: японцы вырезали наши пограничные заставы, захватывали или уничтожали советские торговые суда. И, хотя в апреле 1941 года между СССР и Японией был подписан Пакт о нейтралитете, позволивший нашей стране в тяжелейшие годы Великой Отечественной избежать войны на два фронта, угроза японской агрессии оставалась реальной. Элитная, более чем миллионная Квантунская армия генерала Отодзо Ямады, дислоцированная в Маньчжурии, грозно нависала над нашими границами начиная с середины 1930-х годов.

Кроме того, советской разведке было известно, что на территории оккупированной Маньчжурии японцы создали мощный секретный научно-исследовательский комплекс, занятый разработкой крайне опасного бактериологического оружия массового поражения, способного привести к гибели многих миллионов людей, прежде всего, советских граждан.

Не случайно СССР в течение всей Великой Отечественной вынужден был держать в постоянной боевой готовности на дальневосточных рубежах от 15 до 30% Вооружённых сил. Кроме того, наша страна имела определённые союзнические обязательства по отношению к Китаю, США и Великобритании, воюющим с Японией. Уже 7 декабря 1941 года президент США Франк­лин Рузвельт обратился к Сталину с просьбой помочь в войне с Японией сразу после японской атаки на главную тихоокеанскую военно-морскую базу США Пёрл-Харбор. Советский лидер ответил тогда отказом: «В настоящее время, когда мы ведём тяжёлую войну с Германией и почти все наши силы сосредоточены против неё, включая сюда половину войск с Дальнего Востока, мы считали бы неразумным и опасным для СССР объявить теперь состояние войны с Японией и вести войну на два фронта...» Рузвельт заявил советскому послу в Вашингтоне, что он об этом решении сожалеет, но на месте Советского Союза поступил бы так же.

Тем не менее на этом попытки вовлечь нашу страну в войну на Дальнем Востоке не прекратились. США, в частности, просили предоставить американским ВВС базы на территории СССР, с которых можно было бы бомбить Японию. В этом случае крупнейшие японские города и военные порты легче было бы уничтожить с воздуха и тем самым вынудить японское правительство прекратить сопротивление.

Сталин не отказывался обсуждать проб­лему помощи союзникам на Дальнем Востоке, но негласно увязывал этот вопрос со сроками открытия второго фронта против Германии или её капитуляции. Наконец, в феврале 1945 года на Ялтинской конференции было решено, что СССР вступит в войну против Японии через два-три месяца после окончания войны в Европе.

В первой половине 1945 года в Японии развернулась интенсивная подготовка к «сражению за метрополию». Военное командование США и Великобритании подсчитало, что без советского участия для вторжения на Японские острова потребуется 7-миллионная союзная армия, а военный министр США Генри Стимсон признал: «Главные бои должны были бы закончиться, самое раннее, в конце 1946 года… а операции будут стоить нам миллион жертв, если говорить только об американских войсках». 2 июля 1945 года он написал президенту Гарри Трумэну: «Начав вторжение, нам придётся, по моему мнению, завершать его ещё более жестокими сражениями, чем те, которые имели место в Германии. В результате мы понесём огромные потери и будем вынуждены оставить Японию...» Это мнение разделял и главнокомандующий союзными войсками на Тихом океане генерал Дуглас Макартур, считавший, что американские вой­ска «не должны высаживаться на Японские острова, пока русская армия не начнёт военные действия в Маньчжурии». В общем, союзники прекрасно понимали: решающей акцией, которая вынудит Японию быстро капитулировать, может стать только вступление в войну России.

Япония против США и Британии

Американские и британские военные знали, о чём говорят. Хотя по количеству задействованных сил и средств война на Тихом океане была скромнее европейской, более чем трёхлетний опыт этой войны убедил их в исключительной стойкости и боеспособности японских армии и флота. Триумфальное шествие наследников самураев в Азии, начавшееся 7 декабря 1941 года, продолжалось вплоть до июня 1942 года и вполне сравнимо по масштабам с немецким блицкригом. Справедливости ради надо отметить, что Япония к тому времени создала мощную армию, военно-морской флот и современную авиацию, прежде всего морскую. Хроника боевых действий такова: 8 декабря 1941 года японцы высадились в Малайе (тогда колония Англии) и на Филиппинах, принадлежавших США. Но уже 25 декабря пал Гонконг (англичане намеревались оборонять его около полугода, но японцам для их разгрома хватило 18 дней). В течение января 1942 года англичане оставили Малайю, а 15 февраля 1942 года сдали крепость Сингапур, являвшуюся оплотом британского владычества в Юго-Восточной Азии. В начале мая японцы завершили оккупацию Филиппин, а до этого в их руках оказались все крупные острова Индонезии, называвшейся тогда Голландской Восточной Индией. В итоге к середине 1942 года Японская империя контролировала территорию около десяти миллионов квадратных километров с населением порядка 400 млн человек.

При этом вследствие своей неподготовленности, нерасторопности, а нередко и элементарной глупости американцы и англичане терпели тогда неудач не меньше, чем Красная Армия в начале войны с Германией. Так, в гавани Пёрл-Харбор военные наблюдатели США обнаружили японские сверхмалые подводные лодки за час до начала воздушной атаки, чего и опасался командующий японским императорским флотом адмирал Ямамото. Однако из-за неорганизованности боевая тревога так и не была объявлена. На Филиппинах основную часть американских самолётов японцы уничтожили на аэродромах в первый же день войны. Число погибших и раненых здесь американских солдат составило 30 тысяч человек, в плен попало 92 тысячи, а японцы потеряли только 12 тысяч. Это был настоящий шок.

У англичан дела шли не лучше. Сразу после нападения на Пёрл-Харбор они направили к восточному берегу Малайи линкор «Принс оф Уэллс» и крейсер «Рипалс» без прикрытия с воздуха и… подписали им смертный приговор. Оба корабля сразу после их обнаружения уничтожили японские ВВС.

До начала войны с Японией никто не мог даже предположить, что какие-то «азиаты» смогут наносить столь чувствительные поражения армиям «цивилизованных» наций.

Особенно большое впечатление японские победы произвели на население колониальных стран. В Индии о могуществе японцев слагали легенды. В Индонезии их поддержали мусульманские богословы, объявившие джихад белым колонизаторам. Использовать боевой характер ислама в противовес христианству, насаждаемому колонизаторами, представлялось крайне важным делом для идеологов Японской империи. Ислам был признан в Японии в качестве одной из действующих в стране религий ещё в 1939 году.

Реванш не удался

Возможности японской экспансии, однако, были ограничены. Империя явно не рассчитала свои силы. Битва за Мидуэй стала началом перелома в войне. Американцы воспряли духом и стали действовать активнее. Остров Гуадалканал, входящий в группу Соломоновых островов, – ныне богом забытый уголок. Но тогда к нему было приковано пристальное внимание всего мира. С августа 1942 года по февраль 1943 года здесь шли ожесточённые бои между японцами и американской морской пехотой. В воздухе японские лётчики проявляли чудеса храбрости и самопожертвования.

Особенно поразителен случай с пилотом истребителя «Зеро» Сабуро Сакаи. Получив тяжёлое ранение в голову над Гуадалканалом и ослепнув на один глаз, с парализованными левыми рукой и ногой, он тем не менее сумел вернуться на базу, пролетев 560 морских миль на своём изрешеченном в бою самолёте. Более того, несмотря на незрячий глаз, Сакаи вернулся в строй и даже сражался потом со стратегическими бомбардировщиками США В-29, дожив до конца войны. Всего Сабуро Сакаи сбил 64 американских самолёта.

Американцы тем временем сумели нанести очередное поражение японскому флоту и лишили его возможности снабжать Гуадалканал подкреплениями, продовольствием и боеприпасами. В итоге японцы были разгромлены и оставили остров.

После этого в боевых действиях наступило затишье, в течение которого американцы продолжали накапливать силы для решительного наступления на Японскую империю. Прежде всего, строилось большое количество авианосцев. Увеличив свой авианосный флот в несколько раз, США перешли в наступление. Его суть сводилась к «перепрыгиванию» с острова на остров в направлении собственно японской метрополии.

И наконец, решающая Марианская морская битва, в которой японцы попытались взять реванш! Однако их авианосный флот был уже не тот, что прежде. Реванш не удался. Японский флот потерпел сокрушительное поражение. За ним последовали боевые действия на Филиппинских островах, активная фаза которых пришлась на октябрь 1944 – март 1945 годов, и захват стратегически важного острова Иводзима (февраль—март 1945 года). Именно на Филиппинах проявилось столь поразившее умы западных людей явление, обозначенное словом «камикадзе». Но им не суждено было переломить ход войны.

Последней крупной операцией США в этой войне стал захват американцами острова Окинава (1 апреля – 21 июня 1945 года). До вторжения американцев собственно на Японские острова дело, как известно, не дошло.

Автор: Геннадий Кудий

Продолжение читайте в №5/2020 журнала «Тёмные аллеи»