Вторая мировая война столкнула между собой не только политические системы и народы. Она обнажила битву сверхъестественных сил более высокого порядка. Это противоборство проявилось во многом. В числе прочего и в военной судьбе одного провинциального города.

Город без имени

В 1941 году грозные силы германского вермахта без объявления войны вторглись на территорию нашей страны. Случилось это на рассвете 22 июня, в день летнего солнцестояния, который с незапамятных времён считался поворотным в языческом сакральном календаре. Гитлер фанатично верил в мистику. Выступление против СССР представлялось ему чем-то судьбоносным (как оно в итоге и вышло). Простой военной стратегии тут было явно недостаточно, и фюрер взял на вооружение магию древних германцев, на что указывала руническая символика в обмундировании немецкой армии.

С самого первого дня война стала суровым духовным испытанием для России. Предвоенные годы лишили народ его исконных религиозных основ. Ставрополь не был исключением. Его коснулись и вихри пролетарской революции, и ужасы Гражданской войны, и сталинские репрессии. Град Креста (от греческого «стаурос» – крест и «полис» – город), названный так ещё Екатериной Великой, перед войной утратил своё историческое имя, надолго став Ворошиловском. К тому времени почти все ставропольские храмы были закрыты. Колокольный звон не оглашал тишину городских улиц, а церковные праздники становились лишь поводом к усилению атеистической пропаганды.

Во всей бывшей Ставропольской губернии, наверное, не было ни одного города или села, где бы не взирали со слезами на поруганные святыни, не вспоминали об издевательствах большевиков над верующими и священнослужителями. В народной памяти ещё свежа была история, случившаяся в 1937 году в селе Рагули. Местный парторг придумал, как избавиться от мозолившей партийные глаза церкви. Как-то ночью он сам её и поджёг, а всю вину свалил на приход. Несмотря на явную нелепость такого обвинения, особо активные прихожане были расстреляны, а иные получили значительные сроки по сфабрикованным уголовным делам. Впрочем, изобретательный парторг недолго радовался своим успехам на «антирелигиозной ниве». Как передают селяне, он скоропостижно скончался ровно через год – день в день, когда при странных обстоятельствах сгорел рагулинский храм.

Ставрополец Иван Ерёмин поведал мне, со слов бабушки, предание о том, как воинствующие атеисты ломали церковь в селе Казинка. Долго не могли они сокрушить колокольню. Подкладывали динамит, но, когда уже готовились взрывать, раздавался протяжный стон. Сельские обыватели шептались, что это плачет сама Богородица. Тщательный осмотр колокольни ни к чему не привёл. Никого там не было, но подрывать боялись, несколько раз откладывали. Однако нашёлся смельчак, сказавший: «Сейчас сей голос замолчит навсегда». Сам заложил взрывчатку и привёл её в действие. Однако долго после этого он не прожил. Погиб в результате несчастного случая.

Пророчество преподобного

В самом Ставрополе дела обстояли не лучше. В 1930-е годы в бывшем губернском городе снесли Казанский кафедральный собор, построенный по проекту архитектора Александра Тона. От собора осталась лишь колокольня – «визитная карточка» города, самое высокое сооружение на всём Северном Кавказе. Сиротливо торчала она на горе, превращённая новой властью в парашютную вышку, с которой осуществляли учебные прыжки будущие лётчики и десантники.

В 1921 году закрыли единственный в городе Иоанно-Мариинский женский монастырь. На его территории из земли бил святой источник, названный в народе Криничкой, или Глазным, ибо ему приписывалась чудесная сила к облегчению болезней глаз. Монастырские соборы тоже были разрушены, а на их месте возникла детская колония, многие насельники которой трагически погибли от голода в первые годы советской власти. Только родник продолжал течь на прежнем месте, как бы знаменуя собой неизменную суть естественного хода событий. Эту нерукотворную святыню нельзя было ни убрать, ни запретить, и люди отовсюду стекались к ней со своими чаяниями и мольбами. Людской поток по понятным причинам сильно увеличился с началом Великой Отечественной войны.

3 августа 1942 года фашисты оккупировали Ворошиловск. Они убивали сотни ни в чём не повинных людей. Оставшиеся в городе раненые советские солдаты, чтобы не попасть в плен к немцам, были вынуждены где-то прятаться. Для укрытия они выбрали безлюдное место на северо-западной окраине города – в лесу с глубокими оврагами, неподалёку от бывшего Иоанно-Мариинского монастыря. И вот как-то раз некоторые из них под покровом ночи пробрались к источнику, чтобы наполнить фляжки. Там их напугало сильное сияние, принятое ими за свет мотоциклетных фар. Но потом они увидели, что оно исходит от невесть откуда взявшегося благообразного старца в белых одеждах. Будучи людьми верующими, солдаты сразу признали в нём святого Серафима Саровского. Преподобный благословил их и предрёк, что война с немцами будет трудна, но Русь с Божьей помощью выстоит и победит. После этих слов он исчез.

То было не просто пророчество о событиях, но и тайное откровение сроков. При жизни святой Серафим прославился подвигом молитвенного стояния на лесном камне целых тысячу дней и тысячу ночей. Его чудесное явление летом 1942 года в Ставрополе предуказало время, в течение которого народу было назначено столь же нелёгкое стояние против вероломного врага. Со взятия немцами Ворошиловска до Дня Победы оставалась как раз без малого тысяча дней!

Весть о чуде быстро разнеслась среди православных, которые впоследствии передавали её из поколения в поколение. Старый монастырский источник стали именовать Серафимовским, это название он сохранил и поныне. В наше время Иоанно-Мариинский монастырь возрождается из руин. На роднике стоит часовня во имя Серафима Саровского, поются акафисты, совершаются водосвятные молебны. А ведь возрождение веры началось как раз тогда, в страшные дни Великой Отечественной.

Автор: Роман Нутрихин

Продолжение читайте в августовском номере (№8/2020) журнала «Чудеса и приключения»