«По следам царя Бориса» – так называется серия статей, в которых мы повествуем о результатах полевых и архивных исследований, проводимых с середины прошлого года в рамках комплексной научно-познавательной экспедиции журнала «Чудеса и приключения» под кодовым названием «ИИ-2017». Наша экспедиция в Великий Новгород уже нашла отражение в очерке, напечатанном в №12/2017. Очередная публикация итогов исторического и отчасти детективного расследования на берегах Волхова и Ильмень-озера самым мистическим образом связана с отмечаемым в эти дни столетием восстановления в России патриаршества. Сегодня немаловажно напомнить, что первоначально патриаршество было учреждено в Москве именно стараниями главного героя нашего повествования – боярина, а затем первого избранного царя Бориса Годунова. И в Новгороде мы нашли в буквальном смысле звучное подтверждение факта причастности этого неординарного человека к событиям, ставшим ключевым фактором в становлении Русской Православной Церкви.

Реликвии Новгородского кремля 

Всякий, кто впервые приезжает в Великий Новгород, обязательно приходит в здешний кремль, стены которого величественно возвышаются над судоходной рекой Волхов. Здесь, в кремле, можно гулять часами. В самом буквальном смысле это сакральное место пронизано энергией времени. Недаром ведь в центре кремля полтора столетия назад установлен, быть может, самый загадочный памятник «Тысячелетие России»… Но во время нашего пребывания в Новгороде центром пристального внимания стали другие достопамятности и артефакты. И главный из них вдруг сам напомнил о себе: только пройдя через главные крепостные ворота на территорию кремля, члены экспедиции «ИИ-2017» услышали поразительный по своему звучанию и энергетике колокольный звон. «Искатели истины» сразу и не поняли, откуда точно доносится восхитительный звук. Но в глубине души у каждого из нас, как потом мы признались друг другу, прозвучал голос: «Это он!» В это трудно поверить, но факт остаётся фактом – именно в тот день у подножия Софийской звонницы звонари опробовали звучание Годуновского колокола, которому в числе других колоколов вскоре предстояло стать главным участником музыкально-исторического действа.

Побеседовав с сотрудниками Новгородского государственного объединённого музея-заповедника, мы узнали, что непосредственно к монументальной Софийской звоннице прямое отношение имеют только три из выставленных у её стен колокола: самый большой «Праздничный», весом 1614 пудов, «Воскресный», в 590 пудов, который располагался ранее в юго-западном проёме звонницы сразу за «Праздничным», и «Вседневный благовестник», висевший в крайней юго-западной арке звонницы. Что же касается Хутынского полиелейного, весом 200 пудов, и Годуновского из Свято-Духова монастыря, то они вошли в коллекцию колоколов Новгородского музея, когда вскоре после революции монастыри были закрыты. На специально созданном постаменте их водрузили в 1954 году, вернуть на законное место – повесить на звоннице тогда не было технической возможности. Хорошо уже то, что их вообще удалось спасти, – накануне оккупации города гитлеровцами древнейшие новгородские колокола спустили со звонницы, но эвакуировать не успели.

Вездесущие местные краеведы предоставили нам фрагмент воспоминаний бывшего в те годы заместителя директора по административно-хозяйственной работе Новгородского управления государственных музеев Александра Николаевича Семёнова: «11–12 августа 1941 года воздушные тревоги объявлялись одна за другой, над городом шли воздушные бои, а 13-го вечером начался обстрел города немецкой артиллерией. Музейные работники и бойцы ПВХО готовили к отправке на баржах колокола, Магдебургские врата и художественные изделия из олова. (...) При погрузке колоколов на баржу применялись лебёдки и тали, присланные из Ленинграда, – при помощи этих талей под руководством представителя Балтфлота колокола снимали с Софийской звонницы, а было их на ней всего 17. Колокола грузили на построенные специально на барже срубы из брёвен. Но два самых больших колокола погрузить на баржу было невозможно...». В итоге в ночь с 14 на 15 августа 1941 года сапёрами с помощью взрывчатки были зарыты остававшиеся на поверхности у стен кремля «Праздничный» и «Воскресный» колокола. Три колокола, включая и колокол Годунова из Свято-Духова монастыря, оказались в результате обстрела и потопления баржи в воде Волхова и пролежали там до января 1944 года, до дня освобождения Великого Новгорода частями Красной армии.

В отчёте о работе Новгородского государственного музея с 28 января по 28 августа 1944 года было записано следующее: «Подняты со дна Волхова затонувшие три колокола и раскопаны
два больших колокола. С берега Волхова они перетащены в кремль, к звоннице».

Как мы видим, история каждого из этих уникальных колоколов полна как пафоса, так и трагизма. Но больше всего это относится к истории колокола из Свято-Духова монастыря, к которому Борис Годунов имеет непосредственное отношение.

Тернистый путь к власти

Царь Борис Фёдорович Годунов – фигура в отечественной истории всё ещё достаточно загадочная. Известный русский историк С.Ф. Платонов в своё время констатировал: «...исторический материал, касающийся личной деятельности Бориса, настолько неясен, а политическая роль Бориса настолько сложна, что нет возможности уверенно высказаться о мотивах и принципах его деятельности и дать безошибочную оценку его моральных качеств». В своём труде «Борис Годунов» Платонов постарался приблизиться к реальной оценке, как он выразился: «послужного списка» Бориса Годунова. «В час смерти царя Ивана (1584) Борис находился уже в числе первейших государственных сановников и принял участие в образовании правительства при преемнике Грозного, царе Фёдоре Ивановиче, неспособном ни к каким вообще делам. На втором году его царствования Борис добивается уже правительственного первенства, а в 1588 году делается формально признанным регентом государства, «царского величества шурином» и «добрым правителем», который «правил землю рукою великого государя». Целые десять лет (1588–1597) правительствовал Борис в Москве, пока бездетная кончина Фёдора не открыла ему дорогу к трону. Наконец в 1598 году «lоrd-
рrоtесtоr of Russia» (как звали англичане Бориса) был земским собором избран на царство и стал «великим государем царём и великим князем всея России Борисом Фёдоровичем». Новгородский дьяк Иван Тимофеев, современник Годунова, в рукописи «Временник» так охарактеризовал царя Бориса: «В начале своей жизни он во всём был добродетелен. Во-первых, он делал добрые дела, прежде всего для Бога, а не для людей: усердный ревнитель о всяком благочестии, он был прилежным охранителем старинных церковных порядков; был щедрым помощником нуждающимся, кротко и внимательно выслушивал всевозможные просьбы народа о всяких вещах; он был приятен в своих ответах всем, жалующимся на обидящих, и быстро мстил за обидимых и вдов; он много заботился об управлении страной, имел бескорыстную любовь к правосудию, нелицемерно искоренял всякую неправду, даже чрез меру заботился о постройке в городах разных зданий для наполнения царства и снабжения их приличными украшениями...»

Из досье «ЧиПа»

Патриаршество учреждено в Москве в 1589 году. Ранее православная церковь на Руси относилась к Киевской Митрополии Константинопольского Патриархата и не имела самостоятельного управления. С 1448 года Московская Церковь возглавлялась митрополитами, до середины XV века не имела евхаристического единения со всем православным миром и 141 год (1448–1589) находилась в схизме.

Истина где-то рядом…

После разорения Иваном Грозным Новгорода, после жестоких казней, устроенных опричниками по царскому благословению, и оскудения здешнего края, город на берегу Волхова, по сути, так больше никогда и не оправился, утерял своё былое величие. Ещё долгие годы не велось здесь никакого серьёзного строительства. Тем необычнее факт, что по каким-то соображениям, будучи ещё боярином, Борис Годунов обратил своё пристальное внимание именно к новгородскому Свято-Духову монастырю. По словам новгородского исследователя В.А. Ядрышникова, «во второй половине XVI века в обители возведены несколько каменных построек, которые не дошли до нас. Об этом весьма примечательном комплексе известно из духовной грамоты старца Варлаама 1590 года: «Вновь построены: ворота большие монастырские каменные, над воротами церковь святыя Богородицы и проч. На воротах же другая церковь во имя преподобного Александра Свирского... Колокольня о трёх верхах каменная; под нею келья часовня, а другая проскурная, а на колоколницы четыре колокола зазвонных да колокол дал государя царя и великого князя Федора Ивановича всея Русии боярин и конюшей Борис Федорович Годунов... Другие ворота внизу во рве каменные к кладезю»...

Нам удалось выяснить и ещё один любопытный факт. Оказывается, новгородским культурным наследием интересовался и дядя будущего выбранного царя – Д.И. Годунов, с которым Борис был очень близок. Он умер в 1605 году, преодолев девяностолетний жизненный рубеж. А в 1580-е годы он как раз находился в Новгороде и заказал тогда для Ипатьевского монастыря в Костроме серебряный оклад для образа святого Димитрия Солунского, исполнением которого занимались новгородские мастера. Годуновы совершали вклады в новгородские Антониев и Хутынский монастыри. С инициативой Годуновых исследователи связывают возникновение многоярусного иконостаса Николо-Дворищенского собора на новгородском Ярославовом дворище, в конструкции которого отразились новые идеи церковного домостроительства… Сам же тридцатисемилетний боярин Борис Годунов в 1589 году подарил Свято-Духову монастырю колокол. Об этом свидетельствует не только надпись на колоколе, но и запись в учётной книге монастыря, о которой упоминает архимандрит Макарий в книге «Археологическое описание церковных древностей в Новгороде и его окрестностях»: «В описи за 1591 год колокол этот значится, что его дал государя царя и в[еликого] князя Феодора Ивановича всея Русии боярин и конюшей Борис Феодорович Годунов».

Александр Нефедов

Продолжение читайте в №1/2018 журнала «Чудеса и приключения», стр. 44-51