Это маленькое судно пережило немало приключений, которые не снились и иным крупным кораблям. Самое необычное его плавание началось ровно сто лет назад – в феврале 1920 года.

Секретная покупка

Яркая страница биографии этого корабля связана с событиями вековой давности – в 1920 году в Советской России завершилась кровопролитная Гражданская война. Это судно было построено в 1915 году в Норвегии, а российским военным флотом приобретено тайно в Англии, через подставное лицо. В Питере его переоборудовали в военный тральщик для службы на Балтике и нарекли романтичным именем «Китобой». Впрочем, тральщиком «Китобой» работать не смог из-за большой осадки, и его использовали как сторожевое судно. Судёнышко по меркам военно-морского флота было действительно «малышом»: всего 310 тонн водоизмещения, 12 узлов хода, тридцать метров в длину, вооружение – две 75-миллиметровые пушки да один пулемёт.

В сутолоке начинавшейся Гражданской войны «Китобой» воевал то под красным знаменем, то под Андреевским, то уходил под защиту английского флота. Судьба большинства членов первой команды тральщика печальна: кто расстрелян, кто погиб при странных обстоятельствах, кто бесследно исчез… Первый капитан «Китобоя» Николай Моисеев попал в руки ЧК, и вскоре его труп был найден с погонами, прибитыми гвоздями (по числу звёздочек) к плечам. В момент гибели ему было чуть за тридцать. Его сослуживец мичман Сперанский тоже не ушёл от судьбы, правда, значительно позже – в 1945 году он был насильственно репатриирован из Чехословакии, арестован и умер в Казанской тюрьме.

Кровавые качели

Гражданская война полыхала по всей России, «качели» удачи скользили то в сторону белых, то в сторону большевиков, однако когда стало ясно, что Балтика неумолимо становится «красной», а «Китобой» вот-вот может попасть в руки либо «советам», либо достаться эстонцам, новый капитан тральщика, флотский лейтенант Оскар Ферсман, решил увести корабль в Архангельск, где белые, как казалось, закрепились прочно и надолго. Узнав об этом, рядовые матросы не стали препятствовать офицерам, с которыми служили и которых уважали, а просто покинули «Китобой». Уходя с судна, боцман оставил записку:

«Ваше Благородие, Вы, офицеры, сможете устроиться и прожить за границей, а мы, матросы, там пропадём, а поэтому решили скопом возвращаться на родину. Будет что будет… не поминайте лихом. Прилагаю инвентарь вверенного мне имущества». Вот так и получилось, что весь экипаж тральщика был составлен из флотских офицеров. Для них в тот момент это судёнышко воплощало в себе весь Российский флот, которому они присягали и в котором мечтали прослужить всю жизнь…

«Китобой» был готов отправиться в поход, но вот незадача: угольная яма судна была безнадёжно пуста. Достать уголь в те дни было практически невозможно. Но морякам повезло: неожиданно удалось купить воз… дров.

«Эти дрова, купленные на частном рынке на собственные средства, мокрые и неровного размера, были подвезены на грузовиках в ночь на 12 февраля, и к утру все свободные места, как на верхней палубе, так и в кубриках, были загружены до отказа, – написал в своём дневнике мичман Н. Боголюбов. – С 30 оставшимися снарядами и скудным запасом воды и провианта, состоявшего главным образом из «корбифа», сала и мёрзлого картофеля, «Китобой» был готов к выходу в море».

Дрова были сырые, обледенелые, но всё же это была хоть какая-то возможность уйти. «Около полудня 15 февраля, – вспоминал мичман Боголюбов, – обманув внимание эстонских часовых, «Китобой» отдал швартовы и вышел на полузамерзший Ревельский рейд».

Александр Ломтев

Целиком эту статью можно прочитать в журнале «Чудеса и приключения» №1/2020

Теги: , ,