Мы сидели вокруг костра в глухой тайге, на небольшой поляне у речки Яманушки. В ночной тиши леденяще гукал филин. И зашли у нас разговоры о нечистой силе. Три истории запали в память.

Пешком по лунной дорожке

– Как-то задержался я на лесоповале, – начал сухощавый пожилой Тимофеич историю из своей молодости, – и возвращался домой затемно.

При подходе к могилкам у дороги услышал, что в мою сторону едут конные. Удивился, кому взбрело ехать так поздно. Ехали двое, с запасным конём в поводу; вижу – чужие.

Хотел пройти мимо, но один стал допытываться, не притомился ли я, и предложил пображничать в компании с ними. На мой ответ, что уже ночь, сказал, что в самый раз, и предложил сесть на коня. Я отказался и пошёл с ними пешком, они ехали неторопливо. Кому не хочется на халяву попасть на гулянку?

Мужик говорит: идти недалеко – до мельницы. Прошли мимо могилок, свернули в сторону урочища. Хотел я отстать от них, да ноги не слушались. Что-то тут не так, дошло до меня. Но потом решил: будь что будет – и пошёл без боязни.

Услышал шум воды и увидел реку, а посредине – светлая дорожка от луны до другого берега перекинулась. «Трогай по ней и никуда в сторону не сворачивай, а то пропадёшь», – говорит мужик и правит лошадей в реку.

Подошёл я к берегу, перекрестился, ступил на лунную дорожку и… пошёл по ней как по тропинке. Вода под ногами переливается, играет, звенит, и мне от этой музыки легко стало.

На другом берегу пощупал обувь, а она сухая! Мужики увидели, захохотали, глотки их поганые. А потом всё стихло, только ветви деревьев шелестели на ветру. Забил меня озноб, но всё равно иду за ними, ни разу не запнулся, пока не вышли на поляну, над которой стоял лёгкий туман. На ней мельница. Справа озерцо, слева – небольшая избушка.

Мужики привязали коней; заходим на мельницу. Около стола скамейка, у окна – печка, по углам лучины горят. А на столе… Сроду не видел столько солений, копчений и печений.

Пригляделся я к мужикам. Рожи синие, словно с перепоя. «Обживайся, кушай на здоровье!» – налили мне чего-то белого из бутылки в стакан, я выпил одним духом, и по жилам разлилось что-то тёплое, словно бог босиком прошёл.

«Девку хочешь?»

«Не против», – хорохорюсь я.

Мужик вышел, а вскоре дверь растворилась, а за ней девка – сущая Богородица! В сарафане с кружевами, рукава вышивкой оторочены; серебряные украшения, кисти пушистые. Лицо румяное, губки красные, глаза жаром горят.

Подошла ко мне, села рядом, взяла мою руку и положила себе на колени. Смотрит на меня, даже глазом не моргнёт. От такой бабы с ума сойти можно.

«Люба?» – спросил мужик.

Я стукнул кулаком по столешнице. Хмель ударил меня по мозгам и связал по рукам и ногам.

«Берёшь девку-то?»

«Разговора нет», – брякнул я и за рот схватился. Что я мелю, у меня же дома невеста, да боевая. Как узнает она про такие дела, измордует меня вместе с этой девкой.

Да поздно я спохватился. Она всё ближе ко мне, не утерпел я соблазна и поцеловал её медовые, не вру, губы.
Стрельнул я глазами – а мужиков-то и нет за столом, словно корова их языком слизала…

Валерий Пак

Фото © Shutterstock.com

Целиком эту статью можно прочитать в журнале «Чудеса и приключения» №2/2020