Издательский дом «Чудеса и приключения» запускает новый проект: журналисты «ЧиПа» отправляются в историко-познавательную экспедицию по городам и весям России «По следам Петра Великого».

На исходе прошлого года в нашей стране отмечался важный юбилей – 300 лет со дня основания Российской империи. Победа над шведами в Северной войне значительно расширила границы Московского государства, дала выход к Балтийскому морю, царь Пётр Алексеевич стал величаться великим императором всероссийским, а на мировой карте появилась новая могучая держава – Российская империя.

Наступивший 2022 год не менее знаковый в отечественной истории. Летом мы отметим 350-летие со дня рождения Петра I Алексеевича (30 мая (9 июня) 1672 — 28 января (8 февраля) 1725).

Эту памятную дату мы решили использовать в качестве своеобразного «маяка», который укажет нам путь в нашей очередной экспедиции – на этот раз по местам, связанным с жизнью и свершениями первого российского императора. Мы попытаемся найти ответ, каким образом четырнадцатый ребёнок царя Алексея Михайловича, прозванного современниками Тишайшим, стал неумолимым реформатором, создателем мощной регулярной армии и несокрушимого флота, дал толчок к развитию торговли и промышленности, науки и искусства, новым географическим открытиям. Наш путь пройдёт по вехам истории, по залам музейных экспозиций и картинных галерей, мы приостановимся в архивах и библиотеках, а затем вновь устремимся вдаль – отправимся на берега Невы и Плещеева озера, посетим многие города, связанные с именем государя-реформатора, – от Москвы и Санкт-Петербурга до Переславля-Залесского и Воронежа, от Вологды до Нижнего Новгорода. На протяжении всего 2022 года в каждом номере «ЧиПа» мы будем рассказывать о наших экспедиционных «вылазках», о путешествиях, новых открытиях и впечатлениях. Надеемся, что и читатели подскажут нам любопытные, достойные исследовательского внимания сюжеты, связанные с Петром I. Любой желающий может присоединиться к нашим поискам и стать членом команды Искателей Истины.

Открываем же мы сегодня новую рубрику «По следам Петра Великого» несколько необычным сюжетом. Мы отправляемся не в конкретную современную географическую точку, а виртуально вглубь истории и непосредственно на страницы необычной книги. Оказывается, даже через полвека после смерти Петра Алексеевича его жизнь и свершения продолжали будоражить умы россиян, тем более что на тот момент были ещё живы некоторые свидетели петровской эпохи. Последняя четверть XVIII века ознаменовалась становлением фундаментальной исторической науки, и взоры первых отечественных историков, конечно, даже приблизительно не имевших специального образования, не могли обойти своим вниманием персону, которой был поставлен один из первых монументальных памятников страны – легендарный «Медный всадник». Вокруг этой статуи и начала разыгрываться необычная коллизия, в конечном итоге давшая импульс к созданию ещё одного памятника – книжного. Итак…

Памятник благородного рвения

Быль о том, как торговля контрафактной водкой сделала из купца настоящего историка.

I

Иван Иванович Голиков родился в Курске в 1734 году, в купеческой семье. Судьба его, казалось, была предопределена, и он с юных лет увлечённо изучал хитрости коммерческих дел.

 

Какими путями пришёл к Голикову интерес к петровской эпохе – неведомо, наверное, было и ему самому. Рассказы ли грозного настоятеля курского Знаменского монастыря архимандрита Михаила, служившего в молодости полковым священником в петровской армии, записки ли отставных оренбургских «бригадиров» И. Неплюева и П. Рычкова о «делах Петровых», или знакомство с петровскими сподвижниками во времена службы в петербургской Комиссии нового Уложения распалили фантазию купецкого сына и побудили его записывать и собирать всё «до Петра Великого касательное…»

II

В 1779 году Голиков с родственниками взял на себя питейные откупа Архангельска, Петербурга и Москвы. Дело шло весьма прибыльно, но однажды – «бес попутал». Беспошлинный ввоз в Россию «французской водки» обернулся не барышами, а тюрьмой. К счастью, знакомство Голикова с президентом Коммерц Коллегии А.Р. Воронцовым спасло незадачливого коммерсанта.

Манифестом от 7 августа 1782 года об открытии памятника Петру I в Петербурге была объявлена и амнистия некоторым узникам. Покровитель внёс Голикова в список «прощаемых государыней», и перед ним распахнулись двери сырых казематов.

Сказывали, что растроганный купец помчался на площадь, пал перед «Медным всадником» на колени и поклялся в память о своём освобождении посвятить остаток жизни Петру Великому и написать историю его царствования…

III

С той поры к коммерции Голиков не возвращался. И не имея большого достатка для обзаведения собственным домом и хозяйством, поселился в усадьбе своей дочери в селе Анашкине Звенигородского уезда Московской губернии. Привёз он с собой небогатый скарб, среди которого было самое для него ценное – книги и рукописи. Через несколько лет всё это трансформировалось в сборник «Деяния Петра Великого, мудрого преобразователя России».

Позднее книги, записки, документы о Петре и его времени превратились в солидную библио­теку из более чем 1500 томов. После смерти их хозяина они перешли к мужу дочки Голикова – основателю Харьковского университета В.Н. Каразину, а от него – в древлехранилище известного историка М.П. Погодина.

IV

Приступая к созданию «Деяний Петра Великого…», Голиков отводил себе скромную роль «собирателя», полагая, что он «неискусный писатель и кроме русской грамоты ничему не учившийся и нимало не упражнявшийся в… словесных науках…» Но труд его увлёк, и он написал довольно необычное для своего времени двенадцатитомное сочинение. Первые девять томов представляли жизне­описание царя с 1672 по 1719 годы, а последние три содержали пуб­ликацию 1427 писем и других документов, относящихся к Петру I, а также свод анекдотов.
Екатерина II благосклонно отнеслась к первым, ещё пахнущим типографской краской томам «Деяний…». Голиков, не растерявший купеческой смётки, своего не упустил и монаршее благоволение облёк в выгоду – получил высочайшее разрешение работать во всех архивах империи. А вскоре из разных уголков России в Анашкино потекла корреспонденция – пухлые пакеты с петровскими бумагами и книгами, конверты с «Анекдотами» и воспоминаниями очевидцев.

V

С предложением издать свой труд Иван Голиков обратился к тогдашнему видному просветителю-гуманисту, основателю первого в России акционерного общества в сфере книгоиздания – «Типографической компании» Николаю Ивановичу Новикову (1744–1818). С 1779 года он жил в Москве, арендовал типографию Московского университета, издавал газету «Московские ведомости», открыл первые частные типографии. Удивительно разнообразна тематика издававшихся Новиковым книг – от букварей, переводных авантюрных романов, до серьёзнейших исторических исследований. К числу последних принадлежит многотомный труд Ивана Голикова, увидевший свет стараниями Николая Ивановича в 1788–1789 годах. Этих людей объединяли любовь к Отечеству и… членство в масонских ложах. Новиков слыл лидером всех мартинистов Первопрестольной, а Голиков состоял адептом масонской ложи «Сфинкс».

VI

С присущей русскому человеку, а в особенности купцу той поры, обстоятельностью Голиков решил свой труд продолжить. И в течение семи лет, с 1790 по 1797 год, он не просто написал, но и издал ещё 18 томов, названных им «Дополнение к Деяниям…». Более чем столетие русской истории сумел он охватить – в первом томе Голиков рассказал об эпохе Бориса Годунова, а в последнем осветил состояние России после смерти Петра…

Чтобы полнее представить петровскую эпоху, Голиков наметил отдельно создать историю «слуг Петровых». Он и в этом деле хотя отчасти, но преуспел. В 1800 году выпустил «Историческое изображение всех дел славного женевца Франца Яковлевича Лефорта… и сослужебника его Патрика Гордона».

VII

Для конца XVIII столетия – века Просвещения труд бывшего курского купца был воистину титаническим. И современники его очень высоко оценили. Император Павел I в 1799 году пожаловал Голикова в надворные советники, что по «Табели о рангах» соответствовало в военной службе званию подполковника. Этот чин одновременно давал обладателю и дворянское достоинство…

А лучшие «сыны Отечества» охотно приобретали и читали «Деяния…»… это ли не высшая награда автору? На «Деяниях…» воспитывалось несколько поколений россиян. Во многих домах не только обеих столиц, но и провинциальных городков, в имениях всякий уважающий историю имел в шкафах этот многотомный труд, который по праву можно назвать не менее высокопарно (но, безусловно, заслуженно) «Деяния Ивана Голикова…».

VIII

В коллекции книг автора этих строк, относящейся ко второй половине XVIII века, самое почётное место занимает последний, двенадцатый том «Деяний…». Этот пухлый фолиант примечателен тем, что в конце его представлен необычный документ эпохи – список «Особы, подписавшиеся на сие издание». Список «особ», а их несколько сотен, пёстр и многообразен. Немало здесь персон, «подписавшихся в Москве»: «его высокоблагородие М.Д. Бутурлин» – отставной бригадир; «…граф Д.П. Бутурлин» – библиофил, сенатор, директор Эрмитажа; знаменитые братья Орловы – Алексей, Владимир, Иван; «его высокоблагородие Г.М. Походяшин» – известный меценат, друг и сподвижник Н.И. Новикова; горнозаводчик и меценат П.Г. Демидов…

Среди «подписчиков» есть раб и хозяин: «граф П.Б. Шереметев» – сын петровского фельдмаршала и В.Г. Вороблевский – «служитель графа Шереметева». Вороблевский – личность, достойная пера литератора, – крепостной, талантливый капельмейстер, композитор, автор «пиес», пользовавшихся успехом на сценах знаменитых театров в Кускове и Останкине.

А вот ещё не менее интересные «особы».

В Москве ожидал выхода книги «его высокоблагородие Н.Н. Бантыш-Каменский» – историк, археограф, директор Московского архива коллегии иностранных дел. В Санкт-Петербурге подписался на «Деяния…» «его высокопревосходительство В.Я. Чичагов» – флотоводец и мореплаватель, адмирал, во время русско-шведской войны 1788–1790 гг. командующий Балтийским флотом.

Попали «Деяния…» и в Тамбов, к «его превосходительству Г.Р. Державину» – знаменитому пииту, бывшему в ту пору (в 1786–1788 гг.) тамбовским губернатором.

IX

В Богородицке тома «Деяний» получал «его высокоблагородие А.Т. Болотов» – плодовитый писатель-мемуарист, «первый русский агроном»; а в Белёве – «его благородие» (значит, чином чуть ниже, чем Болотов, – какова субординация!) В.А. Левшин – писатель и переводчик, экономический просветитель.

Нельзя не упомянуть и некоторые города, где подписывались на это многотомное издание, а значит, и внимательно читали «Деяния…». География распространения просто поразительная: Тверь, Новгород, Липецк, Калуга, Кашин, Чухлома, Касимов, Судогда, Новохоперск, Устюг, Сапожок, Вологда, Козлов, Алатырь, Моршанск, Козельск, Елец, Иркутск, Воронеж, Острогожск, Кременчуг, Уфа, Рязань, Белёв, Сызрань, Кострома, Оренбург, Данков, Фатеж, Глухов…

В этом XII томе «Деяний…», сменившем за более чем двести лет бог знает сколько владельцев и книжных полок, переплелось так много: судьба Петра Великого, судьба Ивана Голикова, судьбы людей, оценивших «Деяния…» и их «собирателя», и как бы остановленное на мгновение всего одного года – 1789-го, но запечатлённое на века состояние и местожительство «особ» – «превосходительств», «высокоблагородий», «сиятельств», «преосвященств».

X

На протяжении всего XIX столетия «Деяния…» были особо популярным и распространённым в России изданием. Энциклопедия Брокгауза и Ефрона утверждала, что до конца XIX века «Голиков служил единственным серьёзным источником для всех почти историков Петровского царствования». И это действительно так. Не зря же в 1837–1847 годах «Деяния…» и «Дополнения к Деяниям…» были переизданы…

Труд Ивана Голикова ещё долго оставался в поле зрения читающей России. Если А.Т. Болотов несколько старомодно называл «Деяния…» книгой, «которую ни одному россиянину читать устать не можно», то гений поэзии А.С. Пушкин использовал её при работе над своими блистательными произведениями. «Деяния…» хранились в библиотеке поэта, и Александр Сергеевич многое почерпнул оттуда для достоверного воссоздания эпохи и личностей в «Истории Петра», «Борисе Годунове», «Полтаве», «Арапе Петра Великого».

Историк середины XIX века А. Старчевский утверждал: «Из всех прежних попыток сделать что-нибудь для истории Петра Великого достоин величайшего уважения только бескорыстный и простодушный труд Голикова… 30 томов остались памятником его благородного рвения».

XI

Почти безвыездно пребывал Голиков в усадьбе дочери на берегу речки Дубешни вплоть до конца своей жизни. Сейчас уже ничто не напоминает в Анашкине о существовании здесь некогда богатого имения. В начале XIX века рядом с усадьбой был выстроен опытный завод для выработки сахара из свёклы, которую выращивали местные крестьяне. Здание заводика и все усадебные постройки, небрежно используемые после революции, окончательно разорили зимой 1942 года отступающие фашисты…

Скончался Иван Иванович Голиков (бывают же такие совпадения!) в ночь, когда вдали от Анашкина, в Михайловском замке – резиденции Павла I, пьяный Платон Зубов, возглавлявший «партию» заговорщиков, запустил табакеркой в висок потомку Петра Великого…
Своё последнее пристанище Голиков обрёл на кладбище села Каринское в девяти верстах от Звенигорода, могила его утеряна. Но книжный памятник «Деяний…» сохранится теперь навечно.

Автор: Александр Нефедов