Картина Василия Сурикова «Меншиков в Берёзове» запечатлела образ «полудержавного властелина», сумевшего и в сибирской глуши сохранить своё величие и достоинство. Но для большинства из нас место ссылки петровского фаворита так и остаётся абстрактным понятием-символом.

Куда Макар телят не гонял

А между тем град Берёзов сыграл исключительную роль в русской истории. Впрочем, обо всём по порядку. Берёзов был основан на высоком крутом берегу Северной Сосьвы на исходе XVI столетия. Летом 1593 года под началом князя Никифора Васильевича Траханиотова была сруб­лена небольшая деревянная крепость на месте бывшего остяцкого (хантыйского) поселения Сугмут ваш – Город берёз. Так началось освоение нашими предками бескрайних пространств Югры, неведомых пока земель к востоку от Северного, приполярного Урала (Камня – в русских летописях). В 2018 году в ходе летнего полевого сезона археологами на территории древнего берёзовского городища была найдена бесценная реликвия прошлого – берестяная грамота. Этот уникальный артефакт стал первой подобной грамотой, обнаруженной на территории Югры.

Изначальный век своего бытия жизнь первого русского города Югры текла, в общем-то, незаметно. В общероссийских масштабах, разумеется. Пока в 1727 году в здешних краях не появился вчерашний «полудержавный властелин», ближайший сподвижник Петра Великого, бывший светлейший князь Александр Данилович Меншиков. Прибыл он в суровые и отдалённые за тысячи вёрст от стольного града Санкт-Петербурга края не по своей воле. Вступивший после смерти Екатерины I в том же, 1727 году на трон 11-летний мальчик-император Пётр II сослал сюда с семейством ставшего неугодным ему царского фаворита. До места ссылки доехали не все – Дарья Михайловна, горячо любимая жена Меншикова, не выдержала тягот многомесячного пути и отдала Богу душу в дороге недалеко от Казани.
На знаменитой картине Сурикова у ног не сломленного превратностями судьбы князя сидит его любимая старшая дочь Мария. Порушенная невеста, свадьбу которой всевластный некогда отец против воли её сердца хотел устроить с самим Петром II. И вроде бы складывалось всё наилучшим образом – и помолвка молодых состоялась, и сам светлейший князь был произведён Петром II в генералиcсимусы. Оставался один шаг до исполнения самых несбыточных мечтаний бывшего пирожника – он вот-вот должен был стать царским тестем! Но Фортуна – дама очень капризная, а колесо её судьбы раскручивается внезапно – оказавшись на самом верху, можно стремительно скатиться вниз. И вот он, Меншиков, благодаря козням семейства князей Долгоруковых и опытного дворцового интригана барона Остермана, лишённый всех своих бесчисленных званий и регалий, без суда (!) оказался со своими тремя детьми в таёжной глуши сибирского Берёзова.

По воспоминаниям современников, Меншиков удивительно спокойно воспринял произошедшие с ним метаморфозы. Как наказание свыше за грехи, за многочисленные неправедные деяния, совершённые им в течение своей жизни. Ссылка в Берёзов стала началом духовного преображения бывшего полудержавного властелина, который сам срубил себе избу. В её интерьере и запечатлел Меншикова силой своего художественного гения сибиряк Василий Суриков. «С простой жизни начинал, простой жизнью и закончу», – такие слова часто повторял князь, стоя на крутом берегу полноводной Северной Сосьвы.

Бывшей царской невесте Марии Меншиковой, как и её отцу, судьбой было уготовано навсегда остаться в Берёзове. Они ушли в вечность на исходе 1729 года друг за другом, с разницей в месяц, сначала отец, а затем его ненаглядная дочь. Существует красивая легенда, что в берёзовскую ссылку к порушенной царской невесте тайно приезжал любимый ею молодой князь Фёдор Долгоруков и бывший всесильный временщик Меншиков не стал препятствовать недолгому счастью молодых. Старшая дочь Меншикова умерла ровно в день своего 18-летия при родах двойни, младенцы были похоронены вместе с матерью в одном гробу. В позапрошлом веке могилы Меншиковых упорно пытался обнаружить в Берёзове историк и археолог Дмитрий Николаевич Бантыш-Каменский, бывший по совместительству первые три года царствования Николая I тобольским губернатором. Но как ни старался, так и не нашёл – видно, Северная Сосьва, подмывшая некогда высокий берег Берёзова, унесла по реке времени в вечность останки известных на всю империю исторических личностей.

Дмитрий Зелов

Целиком эту статью можно прочитать в журнале «Чудеса и приключения» №2/2020