1419303498_1_oboyПопытка инженера Семчишина создать невиданное оружие

 Царю – лично!

Первая мировая война на русском фронте шла с переменным успехом. Уже в августе 1914 года генерал Брусилов очистил от австрийцев Восточную Галицию. В январе 1915-го русские войска заняли Буковину и приблизились к венгерской Трансильвании. В конце марта пала сильнейшая австрийская крепость Перемышль. Но в конце весны немцы, спасая австрийских союзников, начали мощное наступление. Пришлось уходить из Польши, из Галиции, а на юге отступать до Днестра.

Множество галичан – западных украинцев и карпатских русинов – бежало при приближении вражеских войск в Россию, опасаясь мести со стороны австро-венгерских властей. Им было чего бояться: австрийцы с началом войны создали первые в Европе концлагеря специально для славян – русинов и украинцев: Талергоф в Штирии, Терезин в Северной Чехии и другие. Эти концлагеря были предтечами гитлеровских Дахау, Аушвица, Треблинки. Среди австрийских концлагерей Талергоф, по свидетельству узника В. Ваврика, «был лютейшим застенком из всех австрийских тюрем в Габсбургской империи». Через него прошло свыше 20 тысяч славян, а погиб в среднем каждый четвёртый.

Главной надеждой для русинов и галичан были военные успехи России, возможность победы над тиранившими их императором Францем-Иосифом и кайзером Вильгельмом II. Лучшие умы изыскивали любые способы помочь русской армии стать сильнее.

4 мая 1915 года в Собственную Его Императорского Величества Канцелярию пришло удивительное письмо, адресованное лично царю. Его автором был Иван Фёдорович Семчишин, житель Львова, который русские войска отбили у австрийцев прошлой осенью. Письмо было написано с обилием ошибок: сразу было видно, что автор не привык писать по-русски. Но изобретательская мысль, изложенная в нём, потрясала воображение. Семчишин буквально собирался менять ландшафты театров боевых действий! Чего стоило само название: «Проект машины для разбивания военных крепостей»!

Император, прочитав письмо, немедленно передал его в Технический комитет ГВТУ (Главного военно-технического управления). Эта организация принимала к рассмотрению русские военные изобретения и предложения (к чести отечественных энтузиастов, отбою от них не было). Через ГВТУ прошли наиболее значимые изобретения военных умов России – танки Менделеева, Пороховщикова и Лебеденко, бомбардировщик Сикорского, автоматическая винтовка Фёдорова, парашют Котельникова.

эпициклоид 1419303536_2_oboy
Поперечный и продольный разрезы корпуса машины «Обой». Рисунки из проекта устройства

эпициклоид 1419303509_3_oboy_684x

 По долинам и по взгорьям

Военных инженеров, видавших виды, проект Семчишина потряс. Вот выдержки: «Когда бы мы имели какую-то крупную, бронированную, внутри мотором обращаемую бочку или каток, который бы поворачивался в означенных нами направлениях, мы могли бы ехать в нём по неприятелям. Подобное соображает мой проект до уничтожения укреплённых местностей и составляет собой передвижную машину-крепость, которую я назову «Обой».

Далее прилагался чертёж бронированного эллипсоида (в терминологии Семчишина – «эпициклоида») размером… 605 метров в высоту и 960 – в ширину. В броневой обшивке метровой толщины планировались люки на каждой из вершин эллипсоида, закрытые прочными крышками. Высоту порядка 300 метров следовало преодолевать по верёвочным лестницам. Там же располагались командный пункт, прожекторы, станция беспроволочного телеграфа.

Внутри корпуса предусматривалась разветвлённая канализация, система воздуховодов и газопроводов, а также электрические провода, телефоны, элеваторы, вентиляция, жилые помещения и даже магазины!

«Когда построим «Обоя» вышиною в сотни метров, то такая катающаяся крепость будет в состоянии переехать долины и высоты. Перекатится через холмы, леса, реки, болота, города и деревни… «Обой» не будет бояться ни пушек, ни мин, ни бомб, ни окопов, ни волчьих ям, ни проволочных заграждений, ни зажигательных материалов. Он задавит каждое строение нынешней военной техники», – писал Семчишин.

Колёса в супермашине отсутствовали: она сама была колесом, или моноциклом. Приводить её в движение должны были паровые двигатели, гироскопы-маятники и динамо-машины. Эта система вырабатывала бы «запасную энергию, кинетическую и потенциальную». Маховик-эксцентрик преобразовывал бы вращательное движение в поступательное, обеспечивая перекатывание чудовищного «эпициклоида». Причём, по мнению конструктора, скорость машины напрямую зависела от длительности нахождения маховика в приподнятом состоянии. Что любопытно, гироскоп – весьма перспективное средство для движения, скажем, монорельсовых поездов, и сейчас изобретатели от него не спешат отказываться.

Антон Васильев

Продолжение читайте в июньском номере (№6, 2015) журнала «Чудеса и приключения»

Теги: ,