shutterstock_216957781 конечно подойдётОдин из самых сильных чешских экстрасенсов не раз бывал в Москве. Все проведённые с ним эксперименты оказались очень убедительными.

В 70-е годы ХХ века, в разгар непримиримой битвы за материалистическое сознание, ясновидцы, народные целители и другие носители сверхъестественного дара преследовались. И у нас, и ещё больше – в социалистических странах, дотошно бравших пример с СССР.

В Чехии спасителем экстрасенсов был Зденек Рейдак – председатель Международной ассоциации по исследованиям психотроники (парапсихологии). Поскольку в нашей стране паранормальные явления всё-таки пытались изучать, Зденеку удавалось по одному привозить в Москву самых крупных чешских феноменов. После экспериментов им выдавали справку о наличии уникальных способностей, зафиксированных аппаратурой, пусть пока даже советская наука не может дать этим явлениям объяснения. Такой документ в Чехии спасал людей от преследования и шельмования.

Зелёный лучик в тёмной сфере

Однажды со Зденеком приехал очень спокойный, с большим достоинством державшийся Франтишек Ферда. Мне как раз довелось переводить эксперименты с его участием, которые проводились в старейшем российском Психологическом институте на Моховой.

Сначала чеху показывали просто фотографию или образец почерка того или иного человека, и через пару минут Франтишек рассказывал о нём всё. Потом оказалось, что ему достаточно лишь имени и даты рождения. При этом человек мог находиться за тысячи километров от Москвы!

Наконец, ясновидец разошёлся: можно было просто задумать и держать в сознании образ какого-нибудь знакомого; Франтишек, склонив голову, ненадолго уходил глубоко в себя, словно впадал в краткий сон, а потом произносил, например: «Он в больнице, положили с острым животом, вчера удалили аппендицит; через два дня заберут домой».

Он мог не только поставить диагноз, но и определить количество эритроцитов и
лейкоцитов в крови, давление пациента, температуру его тела в данный момент.

Я дошла до того, что во время эксперимента позвонила в Институт акушерства и гинекологии Владимиру Демидову, основоположнику ультразвуковой диагностики в СССР.

– Владимир Николаевич, вы чем сейчас заняты?

– Обследую доплером беременную.

– Подождите две минутки, сейчас я скажу вам, какой у неё диагноз.

Хорошо, что Демидов знал моё невольное увлечение парапсихологией, – я не раз рассказывала ему, что работаю переводчицей на необычных экспериментах. Замечу, что я и сама в это время была на сносях (поэтому, собственно, попала в институт к Демидову).

Ферда после минутной отключки сообщил: у пациентки не работает правая почка. Я передала это удивлённому Владимиру Николаевичу, и он подтвердил диагноз, добавив что-то вроде «не может быть…»

После ряда успешных экспериментов в Психологическом институте Франтишеку Ферде задали вопрос, на который он наверняка отвечал уже тысячи раз:

– А всё-таки как же вы это делаете?

– Я закрываю глаза и стараюсь отключиться. Я представляю себе, что нахожусь в полости собственного черепа. Там очень темно. Это такая непроглядная чёрная сфера. Тогда я выпускаю тонкий зелёный лучик и пробегаюсь по её стенкам – и вдруг мне высвечивается именно то, что надо! И я ощущаю от этого большую радость.


МФрантишек-книгаожно ли избежать судьбы?

Обычно после экспериментов Зденек Рейдак и его подопечные не отказывались посидеть в приятном им окружении людей, не подвергающих сомнению человеческие сверхвозможности. Встречались в таких компаниях и академики.

В этот раз мы поехали в район метро «Сокол», к Нине Сергеевне Николаевой, вице-президенту ассоциации.

Два первых вопроса всегда неизменны – будет ли война и денежная реформа?

Франтишек очень интересно объяснил, почему не предсказывает таких глобальных вещей: мол, картина у него складывается из совпадения нескольких кричащих предсказуемых событий.

– Например, где-то в середине 60-х ко мне пришёл человек, который интересовался мелкими неприятностями в жизни своего сына. Я же мгновенно увидел другое, гораздо более важное: «Послушайте, – сказал я ему, – через пару лет вы забудете об этом… Ваш сын будет жить за границей… Постойте… Более того, вы все эмигрируете и никогда больше не вернётесь в Прагу!» Вскоре кто-то обратился ко мне за предсказанием, кажется, судьбы какого-то магазинчика на Вацлавской площади. И я… я вдруг «увидел» нечто невероятное: на площади стоят танки! Нет, это была не война, но танки стояли, и не только на Вацлавской… Так я понял, что летом 1968 года Чехия подвергнется военному вторжению и судьбы многих людей круто переменятся.

– Как хорошо знать всё наперёд… – мечтательно вздохнул кто-то.

– Нет, это не большое счастье – знать, например, что твоя дочь умрёт раньше тебя. – Он вдруг обратился к одной женщине в яркой кофточке: – Не носите это. Эта краска токсична, и я вижу, как она проникает в ваш организм.

– А бывало ли, что вы не смогли предсказать человеку то, о чём он спрашивал?

– Очень часто. И вот почему. Опять же: приходят спросить что-то по мелочи, вроде: «Сдам ли я экзамен по математике?» А у меня с момента, как только визитёр переступил порог моего дома, назойливо крутится в голове одна-единственная картинка, и я его перебиваю: «Какая математика! Около вашего дома на два месяца выроют глубокую траншею, и в первые же дни вы в неё угодите, получите страшный перелом, от которого никогда до конца не оправитесь. Я вижу вас всего загипсованного… Мой вам совет: как только начнут рыть канаву, два месяца вообще не выходите из дому». Он послушался меня. Два месяца в их районе меняли коммуникации, всё перекопали. Он ни разу из дому не сунулся. Остался жив и здоров.

Это к вопросу о том, можно ли избежать судьбы. Да, в ответе на этот вопрос есть что-то ускользающее. Но ясно, что причинно-следственные связи удивительно работают там, где их, казалось бы, вовсе не должно быть.

Наталья Зимянина

Фотография — shutterstock.com ©

Продолжение читайте в январском номере (№1, 2015) журнала «Чудеса и приключения»

Теги: , ,