shutterstock_309817382Он предостерегал царское правительство от продажи Аляски, припоминая мудрую индейскую пословицу, что земля, которой мы сегодня владеем, принадлежит не нам, а нашим детям и внукам.

 Десятки русских названий на Североамериканском континенте – от самого западного из Алеутских островов до залива Сан-Франциско – свидетельствуют о подвиге наших предков, открывших и обустроивших «Русскую Америку». И не их вина в том, что пассионарные помыслы, самоотверженность и тяжкие труды были прерваны по недомыслию недальновидных правителей. В истории известные, а порой и уже забытые имена устроителей жизни на новых землях всё равно сияют ярким светом.

shutterstock_68707249К числу таких людей, трудами которых изучался и осваивался далёкий край, относится и Александр Гаврилович Ротчев (1806–1873 гг.) – писатель и путешественник, ставший последним комендантом самого дальнего русского поселения – форта Росс. К сожалению его имя, как и имена Ивана Кускова, Карла Шмидта и Петра Костромитинова (предшественников на посту коменданта), сегодня упоминается крайне редко. Сведения о жизни и деятельности незаурядного путешественника и литератора в основном можно почерпнуть только в публикациях полуторавековой давности и в архивах.

 Богатство за любовь

Родился наш герой в Москве, в семье обер-офицера. Несмотря на то что родители испытывали большие материальные затруднения, Александру удалось поступить в Московский университет и стать постоянным участником общественно-литературного кружка профессора С.Е. Раича. Здесь читали стихи, спорили по вопросам философии и истории. Вскоре и Ротчев принёс на суд товарищей-однокашников свои первые рифмованные строки. Успех был настолько громким, что профессор Раич сразу же опубликовал его стихи в альманахе «Урания», а следом пошли публикации в «Северной лире» и «Невском альманахе». Среди почитателей поэтического дара Александра Ротчева оказалась и юная княжна Елена Гагарина. Свой том стихотворений «Подражание Корану» А. Ротчев посвятил «П.Е.П.», что расшифровывалось как «Принцессе Елене Павловне». Этого оказалось достаточным, чтобы между студентом-разночинцем и уроженкой старинного аристократического рода вспыхнуло сильное чувство. Сенатор П.П. Гагарин, один из высших сановников Российской империи, крайне неодобрительно отнёсся к увлечению дочери. Когда же Елена заявила, что собирается замуж за недоучившегося студента, то гневу отца не было предела. Он заявил, что не потерпит присутствия оборванца в своём доме и установил жесточайший контроль за дочерью. Однако всё было тщетно. Елена сбежала из дома и тайно обвенчалась с Александром в Можайске в мае 1828 года, превратившись из богатой наследницы в бесприданницу.

Вскоре для молодожёнов наступили суровые будни. Никаких источников дохода, кроме редких гонораров за стихи и переводы, бедный студент не имел. Через год, перебиваясь случайными заработками, Александр Ротчев испросил отпуск на 28 дней и уехал с супругой в Санкт-Петербург. На этом его учёба в университете закончилась. С помощью дяди жены, князя С.С. Гагарина, он устроился переводчиком и копиистом в «Контору санкт-петербургских императорских театров». За пять лет, проведённых в этой должности, Александр перевёл десятки пьес Шекспира, Шиллера и других западноевропейских классиков. Эти переводы стали настолько заметным явлением в отечественной литературе, что «Общество любителей российской словесности» при Московском университете приняло прежнего питомца в свои ряды. Но как издавна говорили на Руси, «велика ли честь, коли нечего есть?» Семья, в которой росли уже двое сыновей, тяжело страдала от хронического безденежья.

Неизвестно, кто на сей раз протежировал Александру Гавриловичу, но весной 1835 года ему удалось поступить на службу в Главное правление Российско-американской компании, под начало К.Т. Хлебникова. Этот «матёрый» путешественник, исколесивший всю Сибирь, бывавший в Калифорнии, Мексике и Чили, заявил ему: «Слушай, Саша, не протирай ты штаны в Главном правлении. Поезжай лучше в Ново-Архангельск. Дельные люди, с образованием, там вот как нужны! Глядишь и чин выслужишь».

 форт Росс650Особые поручения

В августе 1835-го семейство Ротчевых отправилось через Сибирь к берегам Северной Америки. 16 апреля 1836 года корвет, по странному стечению обстоятельств носивший имя супруги нашего героя, встал на рейд Новоархангельского порта. Рекомендации, данные К.Т. Хлебниковым Александру Гавриловичу, сделали своё дело. Он был назначен чиновником особых поручений при правителе русских колоний в Америке, простиравшихся от Берингова пролива по побережью Тихого океана до нынешнего Сан-Франциско. Всё было внове для жителя Москвы и Санкт-Петербурга: люди и их нравы, величественная природа с её первозданностью. За служебными делами новоявленный чиновник особых поручений не забывал записывать впечатления от увиденного. Так родились «Очерки северо-западного берега Америки», направленные автором в московские и петербургские издательства и на «ура» воспринятые читающей Россией.

«Особые поручения» уводили Ротчева совсем далеко и от этих мест. Из Ново-Архангельска ему пришлось на целый месяц отправиться в Индию, проверять ход торговых операций по сбыту ценных мехов котиков, тюленьего жира и других товаров, поставляемых в Индию и Китай Российско-американской компанией. После посещения Индии по поводу хозяйничанья англичан в этой стране Ротчев направил в журнал «Отечественные записки» свои размышления. Они начинались словами: «Я был поражён бедностью и страшной нищетой, в которую погружены три четверти народонаселения Индии».

Но вернёмся в русские владения на американском континенте. В 1838 г. А.Г. Ротчев был назначен комендантом крепости (форта) Росс. Так называлось русское поселение на побережье Северной Калифорнии, располагавшееся в 80 километрах от современного Сан-Франциско. Основано оно было служащим Российско-американской компании, коммерции советником Иваном Кусковым 30 августа 1812 года. Ориентиром для русских поселенцев был не какой-то там Сан-Франциско, заложенный испанцами, а залив Румянцева (ныне залив Бодега) и река Славянка, ныне называемая Рашен-Ривер. По имеющимся данным, индейцы местного племени кашайа-помо разрешили русским поселенцам использовать эту землю для создания Росса. Крепость Росс являлась самой южной русской колонией в Северной Америке и создавалась как поселение, необходимое для снабжения населения Аляски продуктами. Когда же испанцы, считавшие Калифорнию своей, стали предъявлять претензии на крепость Росс, то чиновники Российско-американской компании справедливо заметили, что граница испанских владений к северу от Сан-Франциско не определена, а индейцы, с которыми заключён договор, испанцам не подвластны. Да и сам министр иностранных дел Испании не хотел портить отношения с Российской империей и дал указание вице-королю Новой Испании «решать вопрос без ущерба для дружественных отношений между двумя странами».

 Форпост

Со временем крепость Росс превратилась, говоря бюрократическим языком, в крупную административно-хозяйственную единицу Российско-американской компании. Именно здесь усилиями русских поселенцев появились первые в Калифорнии ветряные мельницы и судостроительные верфи, фруктовые сады и виноградники. Большего успеха, по сравнению с земледелием, достигло скотоводство. К концу 1830-х годов здесь насчитывалось 1700 голов крупного рогатого скота и тысяча лошадей. Поселенцы производили мебель, черепицу из секвойи, «коляски о двух колёсах», выделывали кожи, добывали железную и медную руду, строили корабли. Вот такое хозяйство досталось в управление Александру Ротчеву. Конечно, на посту коменданта крепости Ротчев выглядел необычно. О человеке с университетским образованием, поэте, переводчике, знатоке почти всех европейских языков, заговорили по всей Калифорнии и даже на Гавайских островах. Неслучайно современники назвали время правления Ротчева в Россе «золотым веком» форпоста. Комендант счастливо соединил в себе образованность и административный талант, позволившие жить в мире со всеми и приумножить доходы поселения.

Участвовал комендант крепости и в изучении побережья Калифорнии. Летом 1840 года в Росс прибыл из Ново-Архангельска молодой сотрудник петербургского Зоологического музея И.Г. Вознесенский. Вместе с А.Г. Ротчевым он изучал бассейн реки Славянки и отроги береговых хребтов. В мае-июне 1841-го комендант крепости вместе с учёными И.Г. Вознесенским и А.Н. Черных совершил восхождение на одну из самых высоких гор, названную затем «Горой Святой Елены» в честь Е.П. Ротчевой. На вершине горы была установлена медная доска с надписью: «Русские. Июнь 1841 г. И.Г. Вознесенский, А.Н. Черных». Эту доску установили на вершине горы вместе с русским флагом. По дипломатическим соображениям свою фамилию Александр Гаврилович указывать не стал.

shutterstock_275896676 А золото лежало под ногами

Но как говорят, вслед за «золотым веком» всегда следуют провал и хаос. Беда пришла не с той стороны, откуда её ждали. Да и кто бы в то время осмелился посягнуть на внушительную крепость, смотрящую на потенциальных врагов жерлами сорока пушек? Главное правление Российско-американской компании, находившееся за тысячи вёрст в Санкт-Петербурге, решило, что надо развивать только промысел морского зверя на Аляске, а от всего остального освобождаться. В конце 1841 года Ротчев получил предписание не из Ново-Архангельска, а из Санкт-Петербурга: «Оставить селение Росс, упразднить контору, её служащих распределить по другим отделам, вывезти оттуда промышленников, орудия и товары, а всё, что останется от имущества, продать или поменять на пшеницу». Предстояло продать не только крепость Росс, но и три фермы-ранчо, построенные близ неё (село Костромитиновское, ранчо Черных и ранчо «Хлебниковские равнины»). Всё это по бросовой цене в 40 тысяч рублей серебром купил американский предприниматель Джон Саттер, отправивший на Аляску, в счёт оплаты покупки, пшеницу. Пройдёт совсем немного времени и на территории бывшей крепости Росс найдут золото. В Калифорнию хлынут тысячи авантюристов со всего света, надеясь урвать «свой кусок счастья».

Ну а что же произошло с Александром Ротчевым и его женой? История эта стара как мир. Брак Александра и Елены распался из-за романа супруга с горничной, приехавшей вместе с семьёй в Америку из Санкт-Петербурга. И хотя официальный развод был получен только в 50-е годы, супруги расстались по возвращении в Санкт-Петербург в 1843 году. По данным, приведённым Марией Барсуковой – исследователем истории семьи Ротчевых, Елена Павловна уехав в «сибирский Петербург», как тогда называли Иркутск. Там она стала управительницей Сиропитательного дома (приюта для сирот).

 Замелькали города и страны

Что же касается нашего главного героя, то его последующая жизнь лучше всего характеризуется словами из некогда популярной песни «И мелькают города и страны, параллели и меридианы…» Где только не был Александр Ротчев: возвратился в Калифорнию и искал золото, путешествовал по Адену и Египту, едва не стал директором Английского банка в Лиме, столице Перу, и конечно же писал и писал новые книги. Кстати говоря, одна из них – «Нравы, обычаи и памятники всех народов земного шара» – вышла с посвящением Михаилу Николаевичу Муравьёву, являвшемуся вице-президентом Русского географического общества, выполнявшего в те времена ещё и разведывательные функции. Всё это наталкивает на мысль о том, что и Александр Гаврилович путешествовал по миру с вполне конкретными поручениями. Ведь не зря же он получил из рук императора Николая I бриллиантовый перстень.

Когда же пришла эпоха Александра II и дело двигалось к продаже Аляски Соединённым Штатам Америки, газета «Русский инвалид» напечатала очерк Ротчева «Ответ газеты «Русский инвалид» Главному правлению Российско-американской компании о бывших её владениях в Калифорнии». В нём комендант крепости Росс предостерёг Компанию (читай правительство) от шагов по ликвидации владений в Америке. Но его уже никто не слушал. В 1867 году 1,5 млн кв. км Аляски были проданы США за смехотворную сумму в 7 млн 200 тысяч долларов, то есть меньше чем по два цента за акр. (Для сравнения: американское правительство, покупая земли у индейцев, платило им по 50 центов за акр). Но и этих денег Россия не увидела. Считается, что корабль перевозивший их, затонул в Балтийском море. Говорят, что Александр Ротчев, прочитав сообщение о продаже Аляски, заявил: «Дураки! Они даже не знают о существовании замечательной индейской пословицы: «Земля, которой мы сегодня владеем, принадлежит не нам, а нашим детям и внукам!»

Скончался А.Г. Ротчев 20 августа 1873 года в Саратове, где упокоился на кладбище Спаса-Преображенского монастыря. На надгробной плите выбита эпитафия, выбранная им самим: «Он был человек, и как человек – заблуждался». Может быть, этими словами Александр Гаврилович хотел объясниться с той, которая променяла высший свет и богатство на любовь к нищему студенту?

Александр Обухов

Фотография — shutterstock.com ©

 

Теги: , , ,