Фреска
Девушка и единорог. Художник Доменико Цампьери. 1602 г.

Наряду с драконом и василиском это одно из самых известных и поразительных животных, то ли принадлежащих к фантастической фауне, то ли действительно существовавших. Вплоть до конца прошлого века находились учёные, верившие в это.

По мнению современного исследователя М. Саута, «ни одно воображаемое чудовище, за исключением дракона, не было столь популярным, как единорог». На Западе о единороге заговорили лет за четыреста до Р. Х. На Востоке его история ещё древнее. Самые ранние изображения единорога относятся к третьему тысячелетию до н. э. и встречаются на печатях древних городов долины Инда. Отражение его образа можно встретить и в таких древнеиндийских памятниках духовной литературы, как «Атхарваведа» и «Махабхарата». Но это скорее протоединорог, некая разновидность однорогого быка, чем тот классический единорог, о котором писали библейские и античные авторы, начиная с Ктесия и Аристотеля.

Первое после Библии известное нам упоминание о единороге содержится в трудах жившего в Персии при дворе царя Дария II древнегреческого историка и врача Ктесия Книдского (V век до н. э.). Рассказывая о странных животных из Индии, Ктесий пишет: «У них белые туловища, красные головы и тёмно-синие глаза. На лбу у них рог длиною около одного локтя». По описанию Плиния (I век н. э.), называвшего единорога «монокеросом», последний выглядит как животное, имеющее голову оленя, ноги слона, туловище лошади и хвост кабана, а также растущий на голове прямой чёрный рог.

Упоминают о единороге и другие позднеантичные авторы – Солин и Элиан. Они обращают внимание на необычайную дикость единорога и его вражду со слонами, которых он нередко побеждал, прокалывая им живот. Это дало основание будущим исследователям отождествить единорога с индийским или африканским носорогом, хотя другие учёные склонны считать прототипом единорога одну из разновидностей ближневосточного тура (риму).

Родиной единорога считали Индию, но писали также о том, что он водится в Китае и в Центральной Африке, а местами обитания ему служили самые уединённые и труднодоступные места, иногда вблизи горных вершин.

Ветхозаветные тексты также отмечают силу и быстроту, а в Книге Иова подчёркивается необычайно дикий нрав единорога, не способного к приручению.

В средние века изменяется восприятие самого облика единорога. Его описывают как животное, напоминающее белую лошадь (только крупнее), с рогом длиной от полуметра до 80 сантиметров. Иногда он выглядит похожим на длинношерстного козла. Кстати, «Физиолог», самое известное сочинение о животном мире, относящееся к первым векам христианской эры, изображал единорога небольшим животным размером с козлёнка, с рогом во лбу, хотя и очень сильным и диким. В некоторых описаниях длина рога достигает длины всего туловища единорога.

Но рог не всегда был его главным оружием. Средневековый натуралист и путешественник Топселл писал о единороге, что тот «сражается с помощью рта и копыт. Ртом кусается подобно льву, а копытами лягается, как лошадь».

В средние века, когда сообщения о единорогах поступали из самых различных мест – от юга Франции до Китая, его образ обрастает романтическими легендами и поверьями, и он становится символом чистоты и целомудрия. Зверь мог быть приручен лишь прикосновением девственницы, и этим обстоятельством пользовались охотники. Иллюстрация к рукописному средневековому «Бестиарию», находящемуся в Государственной публичной библиотеке имени Салтыкова (Санкт-Петербург), как раз изображает такой момент: единорог, привлечённый девичьей чистотой, доверчиво подходит к непорочной деве и засыпает на её груди, что даёт возможность затаившимся охотникам напасть на него с копьём и секирой.

В христианской символике рог единорога часто воспринимался и как символ единения Бога-Отца и Бога-Сына, подтверждающий слово Христа: «Я и Отец мой едины в одном числе».

Интересно, что средневековая трактовка образа единорога в чём-то перекликается с восприятием его в древнем Китае, где единорог служил символом совершенного добра. По древнекитайским преданиям, он жил тысячу лет и был самым благородным из всех животных. В китайской мифологии насчитывалось шесть видов единорогов, самыми известными из которых были Ки-Лин и Кинг.

Единорог
Дама с единорогом. Художник Рафаэль Санти. 1506 г.

В средневековой Европе существовали также предания, по которым на единороге, несмотря на его дикий нрав, могли ездить добрые волшебники и волшебницы.

Однако у европейцев существовал образ и злого, порочного единорога, хотя широкого распространения не получил. Напротив, стал одной из любимых геральдических фигур, войдя во многие королевские гербы. Он был символом английской королевы-девственницы Елизаветы I, снискал любовь и некоторых других монархов. В герб Англии единорог был включён королём Джеймсом (Яковом) I. До этого он, будучи шотландским королем Джеймсом VI, использовал единорога в шотландском гербе. В Британском королевском гербе единорог выглядел как животное с туловищем лошади, с ногами и копытами оленя, с козлиной бородой и хвостом льва, а также с длинным рогом.

Средневековой популярности единорога, кроме символической интерпретации его как Христа («духовного единорога», воплотившегося в лоне Мадонны), значительно способствовала широко распространённая вера в чудодейственные и целительные способности рога и изделий из него. Считалось, что рог может служить сильным противоядием, излечивать от лихорадки, горячки, морового поветрия, черной немочи и змеиного укуса. Верили и в то, что он предохраняет от порчи. Рог единорога, опущенный в воду, очищал её. С его помощью можно было обнаруживать яд в пище, поэтому самые знатные особы стремились рог приобрести. Среди желающих были даже короли и римские папы. Так, например, папа Павел III заплатил за такое «лекарство» 12 000 золотых монет. К 1600 году в Европе насчитывалось не менее 12 знаменитых рогов легендарного зверя.

Рог шёл также на изготовление монарших скипетров и посохов. Один из современников Смутного времени писал, что захваченный поляками в Москве царский скипетр «из целой кости единорога, осыпанный яхонтами, затмевал всё драгоценное в мире». Позднее учёные старались доказать, что вместо кости единорога использовалась кость нарвала или носорога, но тогда скептиков мало кто слушал. В России популярность единорога была столь велика, что его изображениями украшались артиллерийские орудия, и один его его видов получил название «Единорог». Это была разновидность гладкоствольной гаубицы.

Единороги в России назывались еще «инрогами». В русских азбуковниках XVI–XVII веков единорога представляли так: «Зверь, подобен есть коню, страшен и непобедим, промеж ушию имать рог велик, тело его медяно, в розе имать всю силу... Подружия себе не имать, живет 532 лета».

Вопрос о реальности единорогов оставался дискуссионным вплоть до XX столетия. Так, в конце XIX века английский натуралист Ч. Гоулд писал: «Даже сейчас вопрос, существует или не существует это примечательное животное, остаётся открытым». Одной из версий, с которой выступил англичанин, было признание возможности появления единорога как гибрида различных животных, причём это могло происходить по воле случая через большие промежутки времени. Гоуд считал, что в качестве альтернативы можно было рассматривать единорога как связующее звено между тремя вымершими семьями древних оленей, быков и лошадей. Современные натуралисты этих гипотезы пока не подтвердили.

Если в античном искусстве изображения единорога встречались довольно редко, то средневековые художники и ваятели обращали на это легендарное животное большое внимание. Широкой известностью пользовались циклы средневековых гобеленов «Дама с единорогом» и «Охота на единорога», относящиеся к XV столетию. Известна работа великого немецкого художника Иеронима Босха «Сад земных наслаждений», на которой изображены три разных единорога. Из поэтов Возрождения образ единорога использовали Шекспир и Спенсер. В XX веке наблюдается ренессанс темы единорога в мировом искусстве. К ней обращаются художники (например, Эрнст Фукс с картиной «Свадьба единорога»), писатели и поэты. Среди последних такие замечательные имена, как Йитс, Райнер Мария Рильке, Фредерико Гарсия Лорка, Т. Элиот, Дилан Томас. Романтическо-мистический образ единорога возникает со страниц яркого романа П. Бигла «Последний единорог» (1968).

Юрий Беляев

Продолжение читайте в декабрьском номере (№12, 2015) журнала «Чудеса и приключения»

Теги: , ,