Маленький вертолёт, куда, включая пилота, умещалось всего пять человек, уже ждал нас на аэродроме. Мы наконец устроились в кабине.

– Вас там давно ждут! – пытался перекричать гул степного ветра организатор полёта Василий Васильевич.

– Кто ждёт? И где это «там»? – удивилась я.

– А там, наверху, всё и узнаете! – хитро ткнул пальцем в небо Василий Васильевич, и мы взмыли к небесам.

 Рогатина со щупальцами

До этого, пару дней назад, прибыв со Светланой в Зарафшан, мы остановились у некого Алексея Ивановича. Город этот лежит в пустыне Кызылкум рядом с самым богатым месторождением золота и урана. И вот сейчас мы все вместе смотрели на него с высоты птичьего полёта. Зарафшан казался игрушечным: крошечные дома, бездонное голубое озеро, заводы, урановый карьер, где машины выгрызли в песке ровные ступеньки, уходящие по кругу вершиной вниз – словно кто-то перевернул детскую пирамидку.

– Зарафшан – место загадочное, – рассказывал нам Алексей Иванович. – Тут аномальных явлений полно: и плазменные сгустки, и шары, и странные облака. Но самое главное – здесь проходит зона полётов НЛО: они пересекают голые степи на бреющем полёте. Вон, видите выжженные круги? Это места посадок инопланетных кораблей. Видны, как на ладони.

– Боюсь, нам не светит увидеть настоящий НЛО, – вздохнула я, видя за стеклом иллюминатора блёклое небо, а внизу – выцветшие степи. – Что тут может привлечь представителей другой цивилизации? Да и мы со Светланой не уфологи, так что вряд ли мы дождёмся сюрпризов.

– Ну-ну! – усмехнулся Алексей Иванович. – Да ОНИ уже здесь и давно наблюдают за нами…

Вертолёт, предоставляя нам возможность сфотографировать чешуйчатые стенки карьера, пошёл на разворот, когда вдруг раздался глухой удар в бок. Толчок был такой силы, будто мы с размаху врезались в стену. Все переполошились. Что это было? Не стена же – мы ведь в воздухе! Может, мощный ветер кинул тяжёлый вертолет, как пушинку?

Пилот только испуганно заморгал:

– Ветра нет! Не понимаю, что случилось!

Ни приборы, ни датчики не зафиксировали ни особого колебания, ни перепада давления. Я настроилась, включила внутреннее зрение: в этом состоянии границы зримого и незримого миров растворяются и... проявляется картина.

И я увидела: пролетая над карьером, пилот чуть замешкался и не заметил, как неподалёку справа зависла странная штука, похожая на неуклюжую перекладину или огромную рогатину. Рогатина, прицепившись к вертолёту, ухватила его тонкими световыми нитями-щупальцами, похожими на электрические разряды, и держала на определённом расстоянии, как тягач. Затем она целенаправленно повела вертолёт к какой-то точке в пространстве, не давая ему улететь от карьера. А дойдя до неё, стала его разворачивать. В это время и произошёл сильный толчок. Нас явно к чему-то пристыковали.

Меня затошнило, закружилась голова, возникла слабость, участился пульс.

 В плену у загадочного шара

Только сейчас я заметила гигантский серебристый шар, висевший рядом с вертолётом. Он вдруг, словно спохватившись, выпустил в нашу сторону золотистый луч. Кажется, произошла стыковка двух технических объектов. Теперь уже все чувствовали тошноту и головокружение – результат сильного излучения. Неужели нас ухватил неопознанный летающий объект? Да, мы оказались в плену, как муха в паутине, – пилот кружил и кружил над карьером.

– Что же это за объект нас зацепил? И для чего? – рассуждала я вслух.

– Давно ждём вашу команду! Ведём от самого Свердловска. Путь ваш сюда заложен в программе, – неожиданно прозвучал в моей голове странный голос – электронный, беспристрастный, как автоответчик справочной телефонной службы.

«Ничего себе! Конечно, можно нафантазировать себе всё что угодно, но ещё две недели назад никто из нас знать не знал ни про малоизвестный Зарафшан, ни про каких-то Василия Васильевича с Алексеем Ивановичем, и мы ничего не могли планировать заранее. А ОНИ говорят, что ждут нас уже давно! Как они про нас узнали? И что это за программа? Да и кто такие – ОНИ? Не представились, не сообщили о себе, не предупредили о встрече. Бред какой-то!» Я отвернулась от окна. Однако сюрпризы продолжались.

От серебристого шара в нашу сторону вытянулся яркий луч света и уткнулся в бок вертолёта. Нас снова тряхнуло.

– Мы что, падаем? – бросилась я к окну. Но нет, оказалось, вертолёт лёг на подушку из облаков, по-прежнему оставаясь в зоне карьера.

– Никуда вы не падаете!– тут же ответил электронный голос. – Вас подключили к Лучу. Лучше посмотри, какие вы все разные. Тебе это будет интересно.

В тот же миг все пассажиры в кабине, вспыхнув как спички, засияли особым внутренним светом. Превратились в золотистые сгустки. Спустя миг, из вертолёта в сторону серебристого шара понеслись яркие вспышки – это выстреливала огненная энергия наших тел. Энергия Светланы, как выжигающая молния. От Алексея Ивановича поток шёл трассирующий, как выстрел «Катюши», чётко бьющий в цель. Энергия летевшего с нами Виктора походила на плотный, как яйцо, сгусток, и она ещё не определилась, как себя реализовать: в добре или в зле. Моя энергия шла по спирали, рассеиваясь широкой воронкой. Общий поток сливался в яркий сноп света, направленный в сторону шара.

– Процесс взаимодействия с миром сложен, – зазвучал в голове механический голос. – Принимаемые от вас сигналы излучений идут в блок очистки и начинают трансмутационный процесс периодических перетеканий с выбросом энергии... Соленоиды видоизменяют блок ДНК… Потоки плазмы отлаживают синхронность в работе квазитрона планеты…

– Стоп, стоп! – замахала я руками. – Я же не физик. Разве что-нибудь можно понять?

– Ты права, достаточно! – ответил голос.

Вновь что-то стукнуло о борт машины, и мы вдруг полетели так легко, так плавно, словно вертолёт наконец-то сняли с цепи.

Надежда Маслова

Продолжение читайте в апрельском номере (№4, 2015) журнала «Чудеса и приключения»

Теги: ,