Как гость пришёл к славянофилу Хомякову спустя 70 лет после смерти философа.

Эта невероятная история произошла в 20-е годы прошлого столетия. Уже в наши дни она была записана дочерью Николая Андриановича и Елены Владимировны Сильверсван, чьи родители въехали сразу после женитьбы в 1920 году в бывший дом философа-славянофила Алексея Степановича Хомякова (1804–1860), что располагался на Собачьей площадке Арбата.

Итак...

Дом представлял собой обычный особняк конца XVIII столетия с мезонином, двумя флигелями, обширным двором и роскошным садом. В первое послереволюционное десятилетие сохранялась и богатая внутренняя отделка интерьеров. Но как только поздно вечером все обитатели укладывались спать, в залах или на лестнице нередко раздавались чьи-то шаги, явственно слышались вздохи, кашель, шуршания. А наутро изумлённые домочадцы нередко становились очевидцами передвинутой мебели в музейной экспозиции. Поскольку разумного объяснения этому явлению не находилось, то склонные к мистике жильцы объяснили произошедшее примерно так: «Ох, Алексей Степанович недоволен, опять мебель двигали». Но скептик-прагматик Н.А. Сильверсван в духе времени пытался дать произошедшему вполне земное, материалистическое объяснение: «Дом старый, полы рассыхаются, скрипят, вот и создаётся иллюзия, что кто-то ходит».

Однако вскоре произошёл необъяснимый случай, который даже Николая Андриановича поставил в тупик и врезался ему в память до конца жизни. Промозглой поздней ночью раздался резкий звонок от парадной двери. (Здесь следует сказать, что по ночам обитатели дома запирали парадную дверь на все засовы, а сами в случае надобности пользовались ходом со двора.) Поэтому недоумевающий сторож сначала прислушался. Но в дверь продолжали настойчиво трезвонить. Тогда сторож поднялся на антресоли к Сильверсвану, где тот обитал вместе со своей молодой женой. Сонный и недовольный, он спустился вниз. В дверь между тем продолжали настойчиво звонить, от чего вскоре проснулись все обитатели бывшего хомяковского дома и собрались у парадной. Время тогда было тревожное и открывать незнакомцу дверь глухой ночью было крайне рискованно. Но всё же, набравшись смелости, истопник чуть приоткрыл дверь через цепочку и спросил визитёра, по какому он, собственно, делу в столь неурочный час. «Откройте, прошу вас.

Я по чрезвычайно важным обстоятельствам», – был ему ответ. И вот на пороге появился странно одетый человек: на нём был цилиндр, серый в клеточку костюм и крылатка (мужское безрукавное пальто – ред.). (Впрочем, именно так одевались во время Алексея Степановича Хомякова, хозяина дома.)

Сначала жильцы подумали, что это банальный, хотя и, быть может, не слишком уместный по времени розыгрыш кого-то из актёров, ведь по соседству с ними недавно открылся Московский художественный театр, более известный в наши дни как театр им. Е.Б. Вахтангова. Но пройдя в гостиную и сбросив крылатку, посетитель снял цилиндр, сел в кресло и торжественно произнёс:

– Мне угодно видеть Алексея Степановича.

Обитатели дома переглянулись в недоумении: может быть, всё-таки розыгрыш?! Однако таинственный незнакомец продолжал настаивать на своём и требовал позвать Хомякова. Наконец Николай Андрианович не выдержал и воскликнул:

– Простите, но это никак невозможно!

– Отчего же? – без тени удивления спросил посетитель.

– Потому что он уехал и больше никогда не вернётся, – ответил Сильверсван.

– Почему, ведь мне его надо непременно увидеть! – вновь настаивал странный посетитель.

В воздухе повисла неловкая пауза. Наконец, Н.А. Сильверсван собрался с духом и ответил:

– Простите, но мы не в силах выполнить вашу просьбу, ибо Алексей Степанович умер почти что семьдесят лет тому назад.

– Вот как?! Впрочем, это совсем не важно, – тут же без всякой тени смущения произнёс незнакомец, которого все присутствовавшие тогда приняли за явного городского сумасшедшего. – Я оставлю Хомякову послание, – с этими словами странный субъект достал маленькую коробочку. – Прошу Вас, поставьте её на стол в кабинет Алексея Степановича, а уж он во всём сам разберётся.

Сказав это, «сумасшедший» откланялся и тут же исчез в уличной кромешной тьме. Несмотря на всю абсурдность просьбы, Николай Андрианович тут же почему-то выполнил её (впрочем, на всякий случай после этого он запер кабинет Хомякова на ключ, а ключ унёс с собой на антресоли). И вот, когда рано утром Сильверсван отпёр кабинет бывшего владельца дома, коробочки на столе не было! Тут же, до позднего вечера в доме перевернули буквально всё вверх дном, обшарили каждый закоулок, но та коробочка бесследно исчезла, словно её никогда и не бывало.

...Дом-музей А.С. Хомякова (официально именовался как Бытовой музей сороковых годов XIX века – ред.) просуществовал недолго, до конца 20-х годов XX столетия. А в начале 60-х при прокладке трассы Нового Арбата (тогда Калининского проспекта) печальная участь постигла и хомяковский особняк. Несмотря на робкие протесты немногочисленных энтузиастов-общественников, его безжалостно снесли.

Теги: , ,