umberto-nobile_696059Перед необычайными приключениями итальянцев в России в первые десятилетия советской власти меркнут перипетии героев известного одноимённого фильма.

 Сверкающая улыбка Тинтины

О пребывании в Советском Союзе знаменитого строителя дирижаблей Умберто Нобиле рассказано и написано много. После триумфального полёта над Северным полюсом на дирижабле собственной конструкции «Норвегия» в мае 1926 года этот экспансивный южанин в одночасье стал знаменитым полярным исследователем, и полёт следующего корабля его конструкции уже ставил иные, более масштабные задачи – открытие новых земель в Арктике. Напутствуя Нобиле (а он уже стал генералом), Муссолини намекнул, что неплохо бы какую-нибудь из открытых им земель назвать в честь него, дуче. Нобиле на этот счёт имел своё мнение, но не высказал его вслух, и правильно сделал. Правильно, поскольку экспедиция итальянцев в Арктику в 1928 году кончилась катастрофой.

Дирижабль разбился, часть экипажа погибла. Руководитель экспедиции не смог собрать уцелевший экипаж, часть людей пошла пешком к уже открытым землям, а когда за оставшимися прилетел самолёт, первым покинул льдину руководитель экспедиции генерал Умберто Нобиле, держа на груди любимую собачку Тинтину. Да, у Нобиле был перелом руки, да, он страдал от холода, но его соотечественники не одобрили поступка генерала: капитан, по всеобщему мнению, должен покидать свой мостик последним. Кто смотрел фильм «Красная палатка», не забыл всего этого...

Не выдержав осуждения, знаменитый конструктор покинул родину и принял предложение приехать на работу в Советский Союз, чтобы помочь строить дирижабли. В подмосковном городе Долгопрудном, где располагался трест «Дирижаблестрой», до сих пор высятся огромные эллинги – производственные здания, где под руководством талантливого итальянца создавались гигантские воздушные корабли легче воздуха.

По всеобщему признанию, сотрудничество советских специалистов с итальянцами (а Нобиле приехал не один) было полезным и плодотворным. Впрочем, время дирижаблей подходило к концу. В мире произошло несколько крупных катастроф дирижаблей, подведя черту под их недолгой эрой, и Умберто Нобиле покинул Советский Союз.

Но в Долгопрудном ещё долго вспоминали эксцентричного итальянца и его собачку Тинтину. Ту самую, с которой он побывал на Северном полюсе. Поскольку собачка была старой, генерал Нобиле ещё в Италии вставил ей золотые зубы. Сверкающая пасть Тинтины вызывала нездоровый интерес у долгопрудненцев, хотя во время прогулок генерал не отпускал собачку ни на шаг. Однако не таков наш человек, чтобы спасовать перед трудностями. Был разработан хитрый план поимки Тинтины. Но ни ливерная колбаса, ни бараньи кости не привлекли нежную иностранку. Она не давалась в руки. И вот однажды всё-таки это случилось! Тинтина исчезла. Безутешный генерал решил расклеить объявления, пообещав награду. Но сделать этого не успел, поскольку утром какой-то человек принёс хозяину дрожащую от холода собачонку. Она была с зубами! Несчастному спасителю, правда, основательно намяли бока за глупость, но разве это могло стать утешением для «заговорщиков»?

Вернувшись домой, Нобиле занялся политической деятельностью, а после войны баллотировался на выборах в парламент по спискам Коммунистической партии Италии.

 Барон-конструктор

Яркий след в истории отечественного авиастроения оставил ещё один итальянец, Роберт Бартини. В то бурлящее время войн и революций молодой наследник богатого аристократического рода Роберто заболел идеей мировой революции. Он вступил в отряд коммунистов, которые взялись за охрану советской делегации, прибывшей в Италию для участия в Генуэзской конференции в 1922 году. Предполагалось, что её возглавит сам Ленин. Хотя барону Бартини не довелось встретиться с Лениным, тем не менее итальянские правоохранительные органы им заинтересовались, и, спасаясь от преследования, он сумел перебраться в Советский Союз.

Авиационное образование, которое Роберт Людвигович (в России он стал пользоваться отчеством) получил во время Первой мировой войны, и природный талант позволили ему занять видное место среди авиаконструкторов. Его работы были оригинальны, и о нём заговорили как о новой звезде на небосводе отечественного авиастроения.

Перед самой войной Бартини спроектировал пассажирский самолёт необычной конструкции, который был запущен в серию, однако приближение войны потребовало новых бомбардировщиков, и на базе недостроенного пассажирского лайнера стали строить дальний бомбардировщик ДБ-240 (дальний бомбардировщик 240-го завода). Имя создателя, вопреки нарождавшейся тогда традиции (Ил, Ту, По и т.д.), не стали выносить в название. Более того, в нём оказались совсем неведомые литеры: Ер-2.

Дело в том, что когда самолёт надо было запускать в серию, Роберта Бартини арестовали. Возглавить КБ поручили 28-летнему конструктору Владимиру Ермолаеву, но ему трудно было ориентироваться в «самолёте, полном новинок», как его называли. И тогда по вечерам в КБ под конвоем привозили Бартини, который продолжал работать над проектом.

Самолёты Ер-2 стояли на вооружении дальней авиации, но никто из лётчиков не знал настоящего создателя этой машины. После реабилитации Роберт Людвигович работал над перспективными машинами для морской авиации. 

Юрий Остапенко

Продолжение читайте в февральском номере (№2, 2016) журнала «Чудеса и приключения»

 

Теги: , ,