шар Osoaviahim-1_aerostat_07
В СССР надеялись, что этот полёт окончательно закрепит за страной приоритет на завоевание стратосферы

 Стояло раннее морозное утро 30 января 1934 года. В лучах прожекторов на стартовой площадке подмосковного Кунцева высвечивалась гигантская, как бы сморщенная груша стратостата «Осоавиахим-1», окружённая негромко говорившими людьми. До рассвета оставалось более часа. А ещё застывшая в безветрии оболочка, удерживаемая поясными, напоминала незажжённую свечу.

Прозвучала команда: «Отдать поясные!» – и стратостат, дрогнув, в полном безмолвии начал скользить вертикально в небо. Ослепительно серебряной каплей сверкнула гондола. Не прошло и трёх минут, как всё исчезло в облаках.

Через 9 минут с высоты 1600 метров стратонавты передали радиосообщение: всё нормально, прошли облака, над головой чистое небо.

Их ещё услышат, но живыми уже никогда не увидят.

 На охоту за космическими лучами

Время было тогда удивительное – напряжённое, звонкое. Человек никогда прежде не испытывал столь неудержимого стремления к скорости и высоте. И только стратостат, шар Osoaviahim-1_aerostat_01детище неугомонного бельгийского профессора Огюста Пикара, открывал возможность достичь высот, о которых прежде можно было только мечтать. Пикар изобрёл герметичную гондолу-батискаф и сам спустился в морские глубины. Он также построил воздухонепроницаемый шар-гондолу и поднялся в 1931 году на стратостате на
высоту 15 780 метров, заставив мир замереть в восхищении.

А что же в нашей стране? Само собой, остаться безучастными наблюдателями мы не могли. И через два года стратостат «СССР-1» достиг высоты 19 000 метров.

Тогда же, следом за «СССР-1», должен был стартовать и «Осоавиахим», но внезапно поднявшийся сильный ветер заставил отказаться от намеченного плана, и полёт перенесли на весну следующего года. Так будет даже ещё более впечатляюще – через несколько месяцев, когда отголоски рекорда утихнут, шарахнуть следующим.

Но главное, разумеется, вовсе не новый рекорд. Главное – научное исследование верхних слоёв атмосферы: стратосферы, её химического и физического состава, а ещё важнее – космических лучей в их первозданном виде, ведь они приходят к нам из космоса, уже преодолев мощный оборонительный заслон атмосферы. Именно для этой работы в гондоле было смонтировано уникальное оборудование, созданное советскими учёными и молодым исследователем Ильёй Усыскиным, о котором академик А.Ф. Иоффе заявил, что тот сделал открытие мирового значения в области изучения дифракции электронов. Помогать Усыскину должен был Андрей Васенко, конструктор стратостата. Павел Федосеенко – командир корабля, человек многоопытный в своём деле, почти двадцать лет летавший на воздушных шарах. Такие люди не подведут. Сделают всё возможное, чтобы выполнить задачи полёта.

шар Osoaviahim-1_aerostat_03 Роковая ошибка командира

…В 10 часов 4 минуты связь со стратостатом пропала, но ничего опасного это не предвещало: голоса стратонавтов были спокойны. Через час связь восстановилась: «Говорит «Сириус». Высота по
альтиметру 20 500 метров…» – и снова пропала связь. Но рекорд уже установлен! Никогда прежде за всю историю человек не удалялся от Земли так высоко!

В 10 часов 42 минуты стратонавты передали радиограмму, и командир корабля продолжил подъём.

Между тем на борту ситуация складывалась отнюдь не лучезарная: всё ощутимее давала сбои система регенерации воздуха, и, по трезвой оценке, следовало бы немедленно прекратить подъём и экстренно начать снижение, но Федосеенко сбросил ещё значительную часть балласта, чтобы набрать высоту.

Этого делать не следовало. При спуске запас свинцовой дроби необходим ради замедления скорости. Конечно, он это знал…

Стратонавты достигли высоты 22 000 метров дорогой ценой: было потеряно слишком много водорода, и на возвращение оставалось слишком мало балласта.

Около 12 часов связь с воздушным кораблём окончательно прекратилась. В командном пункте воцарил
 
ась тревожная тишина. Стало понятно: что-то случилось.

В это время из Москвы в Коломну, где предполагалось приземление стратостата, уже мчалась колонна легковых автомобилей с руководителями партии и делегатами XVII съезда ВКП(б) – радостно возбуждённые, они торопились встретить героев.

Их ждали, непрестанно вглядываясь в непроницаемое небо, до поздней ночи, пока не пришло горестное сообщение. Стратонавты погибли.

Леонид Репин

Продолжение читайте в декабрьском номере (№12, 2014) журнала «Чудеса и приключения»

Теги: ,