...удалось египетскому фараону Эхнатону, который первым в истории сделал шаг к озарению народного сознания реальностью Единого Бога.

Знаменитого египетского фараона Эхнатона историки именуют в лучшем случае реформатором, но чаще всего – еретиком и отступником, пытаясь объяснить все действия этого удивительного царя чисто политическими причинами и принципиально игнорируя тот мощный трансцендентный импульс, который пронизывал всю деятельность самого загадочного из всех правителей Древнего Египта.

Между тем мысль о едином Боге не могла взяться в человеческой голове внезапно и из ниоткуда, и уж тем более она не могла возникнуть сама по себе в голове правителя огромного царства, где тысячи лет люди поклонялись десяткам богов с сотнями имён.

Следовательно, фараон, впервые в истории человечества попытавшийся верить в единого Бога, не мог быть ни еретиком, ни отступником, не реформатором. Он мог быть только одним – проводником, через которого «провиденциальные силы сделали первый в мировой истории шаг к озарению народных сознаний реальностью Единого Бога», – как писал в своё время наш русский мистик и визионер Даниил Андреев.

Сказки могут выглядеть по-разному. Например, вот вам такая древнеегипетская сказка. Жил-был фараон. Звали его Аменхотеп IV, что значит – «Амон доволен». Да, не самое простое имечко. Но так и отца нашего фараона тоже звали Аменхотепом, правда, Третьим. В 1353 году до нашей эры Аменхотеп III умер, и младший сын его Аменхотеп наследовал трон, ибо старший его брат и наследник Тутмос ранее приказал долго жить.

Восседая на своём троне, посмотрел Аменхотеп IV по сторонам и увидел, что жречество столичное, откровенно говоря, «зажралось», скопило неимоверные богатства, царя ни в грош не ставит и что хочет, то и творит. Не понравилось это молодому фараону, разгневался он и решил, что терпеть самовольство жрецов нельзя ни в коем случае, надо показать, кто тут в стране египетской главный.

После долгих размышлений учудил, пардон, учредил Аменхотеп IV новую религию – поклонение Атону – животворящему солнцу. А всем прочим богам египетского пантеона и в особенности Амону поклоняться запретил и закрыл их храмы на территории всех своих владений. А чтобы никто не подумал, что он шутки тут шутит, Аменхотеп IV ещё и имя своё сменил на Эхнатона, что значит – «Угодный Атону», дабы все сделали правильные выводы.

И пошла в Древнем Египте совсем другая жизнь. И столицу другую – Ахетатон – построили, и имена всех прежних богов долотом посшибали со стен старых храмов, и новых святилищ понастроили видимо-невидимо, и фиванских жрецов разогнали на все четыре стороны.

И продолжалась такая невероятная жизнь целых 17 лет, пока фараон Эхнатон не умер. А как только умер, всё вернулось на круги своя – и жрецы старые тут же обрисовались, и новую столицу быстренько забросили и обратно в Фивы перебрались, и имена Эхнатона и всего его семейства вместе с обожаемым богом Атоном со стен посшибали теми же долотами, которыми ранее прежних богов «стирали».

И вообще постарались злые потомки сделать так, чтобы о странном и негодном фараоне Эхнатоне забыли на несколько тысяч лет…

Может быть, это утрировано, но примерно так и рассказывается о правлении фараона Эхнатона во всех учебниках истории. В неутрированном виде всё выглядит весьма убедительно и логично. Но на самом деле искать обычную логику в действиях фараона Эхнатона – «квест», ещё не пройденный до конца ни одним историком.

И как бы солидно не выглядела «официальная» история Эхнатона в учебнике истории, она тем не менее сказка, ибо никаких точных доказательств у историков нет. А посему можно вполне порассуждать и об альтернативной версии трудно объяснимых «чудачеств» фараона Эхнатона.

Едва ли не самой большой загадкой для историков являются побудительные причины, заставившие Аменхотепа IV ввести культ единого Бога и самому превратиться в «угодного Атону». Главная версия, что во всём виноваты жрецы, прибравшие к рукам практически все богатства страны и власть и тем самым спровоцировавшие фараона на религиозный переворот, не кажется чересчур убедительной.

Да, жречество ко времени правления Эхнатона действительно жило весьма и весьма неплохо. В казну Амону нескончаемым ручейком бежали многочисленные налоги и подати, «божьи закрома» ломились от излишков зерна. Жрецы владели всей рабочей силой в государстве, а ещё свободно направляли эмиссаров в соседние страны, дабы решать политические вопросы.

Однако как верховный правитель, Аменхотеп IV мог устроить кардинальную и тотальную чистку в рядах жрецов, поставить своих людей на место «вычищенных», не покушаясь при этом на религиозные устои и не разрушая основы прежней веры – это и хлопотно, и дорого, и небезопасно.

Заслуживает также внимания тот факт, что в начале своего правления Аменхотеп IV вроде бы вообще не помышлял о религиозной революции. На престол он взошёл с титулом весьма пышным и громким, подчёркивающим принадлежность к традиционному египетскому культу: «Могучий бык с длинной шерстью, возлюбленный двумя богинями, великий царь Карнака; золотой Ястреб, венценосный владыка в Южном Гелиополе, царь Верхнего и Нижнего Египта, Прекраснейший из созданий Ра, единственное воплощение Ра; Сын солнца, Мирный Амон (Аменхотеп), Божественный правитель Фив, Вечноживущий; возлюбленный Амона-Ра, Владыки небес».

Главное здесь то, что ни о каком Атоне в титуле речь не шла. Во главу угла было поставлено главное божество тогдашнего египетского пантеона – «владыка мира» Амон-Ра.

И первые четыре года своего правления Аменхотеп IV был «единственным для Ра», а потом вдруг внезапно сделался «угодным Атону». Что должно было произойти такого, чтобы в голове 17-летнего фараона (именно там – в первую очередь) совершился сей невероятный мировоззренческий переворот? И почему именно Атон?

Автор: Марина Ситникова
Продолжение в №6/2017 журнала «Чудеса и приключения», стр. 30 — 35