Фронтовые песни как совершенное оружие.

Смогли бы мы одержать Победу в Великой Отечественной войне без песен? Вопрос, конечно, коварный и в чём-то провокационный, но интересный.

Отрицать огромное воздействие фронтовых песен на моральный дух бойцов невозможно. 

Именно песен – где музыка сливается со словами в единое целое, уникальный мистический симбиоз, рождая совершенно невероятные чувства. 

Нам, потомкам, живущим спустя 75 лет после войны, их не дано ощутить. И быть может, это даже к лучшему – такие сильные, почти сверхъестественные ощущения могут родиться лишь на войне. Но так не хочется войны...

Любовь и смерть

У войны – свои песни. Так было всегда. При этом самое удивительное, что в большинстве фронтовых песен поётся вовсе не про войну как таковую, а про мир и чаще всего – про любовь. Любовь и смерть – две стороны любой войны. 

Любовь к избраннику, любовь к матери, к родным и близким, любовь к Родине – всё это было способно поднимать в бой, звало на подвиги, согревало душу, утешало и помогало выживать в нечеловеческих условиях. А близкое дыхание смерти лишь обостряло и возносило на недосягаемую высоту эти светлые трансцендентные чувства.

В войну открываются какие-то иные порталы души, какие-то другие горизонты разума и чувств, и люди начинают воспринимать музыку и песни совсем иначе, чем в мирное время. И даже песни, написанные в период мира, на фронте приобретают совсем иное звучание и смыслы, становясь неисчерпаемым источником для жизни и борьбы. Совершенным оружием...

Вскипела, как волна...

«Вставай, страна огромная» – это, пожалуй, самая мистическая песня Великой Отечественной войны. Такой мощной энергетикой не обладает ни одна другая фронтовая песня тех лет. 

И была она создана в нужное время и так быстро, как если бы авторов вдохновлял кто-то свыше. 

А может быть, и вдохновлял. Потому что и стихи, и музыка буквально обрушились на её авторов – поэта Василия Лебедева-Кумача и руководителя Краснознамённого ансамбля песни и пляски Красной Армии Александра Александрова. 

Известно, что наброски стихов «Священной войны» Лебедев-Кумач сделал ещё до войны, находясь под впечатлением от немецких бомбардировок Испании в 1937 году. Но эти наброски оставались лишь набросками – поэт их неоднократно переделывал, дорабатывал, иногда заменял полностью четверостишия. Однако произведение всё равно было каким-то сырым и неживым, ему чего-то не хватало...

Но строки, над которыми так долго и почти безуспешно мучился автор, сложились сами собой в первый же день войны – 22 июня 1941 года. Всё встало на свои места – легко, гармонично, правильно. Именно этого часа, страшного и судьбоносного для страны, дожидались, видимо, упрямые строки. В иные времена они не требовались. И кто-то там, за пределами нашего сознания, об этом знал...

«Священная война» была опубликована 24 июня 1941 года в газетах «Известия» и «Красная звезда». Стихотворение попалось на глаза Александру Васильевичу Александрову и произвело на него такое впечатление, что он тут же сел за рояль и мгновенно сочинил к нему музыку. И какую!

В ней слышатся и звуки грозного набата, расходящиеся волнами по человеческим душам и пробивающие любую душевную броню, и пронзающий зов горна, зовущего всех и каждого, и тяжёлая поступь тысяч ног безымянных солдат, отправляющихся на смертный бой, и примесь ещё чего-то такого, что не уловить простым человеческим слухом, – то, что примешано свыше, что понятно лишь сердцу и душе.

Личный враг Гитлера

Мощное воздействие «Священной войны» Александр Александров подметил и осознал сразу. Он писал: «Я не был никогда военным специалистом, но у меня всё же оказалось могучее оружие в руках – песня. Песня так же может разить врага, как и любое оружие!» 

Но эта песня оказалась даже сильнее простого оружия! «Священная война» подняла миллионы советских людей и сыграла громадную роль в мобилизации в первые дни войны, а затем и в течение всей войны вдохновляла на героическую борьбу. Известно, что защитники Севастополя сражались и умирали с этой песней на устах. Она звучала и в Сталинграде, и в Ленинграде, и в тысячах других советских городов, и в деревнях, и даже в Берлине.

Каждое, буквально каждое утро, сразу после боя кремлёвских курантов, «Вставай, страна огромная...» гремела из радио, объединяя громадную страну в единое целое и заставляя биться в унисон тысячи сердец и делать всё для фронта и для Победы. 

Недаром, как говорят, Гитлер эту песню ненавидел всем своим нутром и для него она была отдельным и почти личным врагом. 

Энергетика «Священной войны» настолько сильная, что даже спустя больше 70 лет, в мирное время с голубым небом над головой, она никого не оставляет равнодушным и звуки её грозного набата по-прежнему заставляют трепетать самые потаённые струны души. 

Эта песня не имеет срока давности и морального устаревания. Случись новая война (не дай Бог!), именно «Священная война» вновь поднимет и всколыхнёт всю страну в едином душевном порыве.

За синий платочек

Не столь мощной и грозной, но всё-таки удивительной энергетикой, светлой и вдохновляющей, обладает знаменитый «Синий платочек». Эту песню можно назвать своеобразной «военной музой», музой бойцов на всех фронтах. Эта песня тоже звала солдат в бой и вдохновляла на подвиги, но вдохновляла по-иному – нежно, мягко, с любовью, рисуя перед глазами образы тех, кто был солдатам дорог, кого они любили и мечтали защищать.

«Синий платочек» «пришёл» на фронт из довоенного, точнее, предвоенного времени – из 1940 года. Это как раз тот случай, когда мирная песня в условиях войны вдруг обрела иной смысл. Довоенные её слова были написаны поэтом Яковом Галицким, а музыка – пианистом и композитором польского джаз-оркестра Ежи Петерсбургским. До войны её пели разные исполнители, и она была просто красивой душевной песней. 

А когда грянула война, «просто песня» превратилась в «нежное оружие» и музу бойцов.

С началом войны у мирного «Синего платочка» начал потихоньку меняться довоенный текст. 

Разные авторы вносили в неё свои коррективы, неизменной оставалась лишь музыка – словно струящийся ручеёк...

Самый известный вариант, ставший одним из музыкальных символов Великой Отечественной войны, исполняла Клавдия Шульженко на фронтовых концертах. Слова к этому варианту «Синего платочка», слегка переделав первоначальный текст Галицкого, написал в апреле 1942 года литсотрудник газеты «В решающий бой!» 54-й армии Волховского фронта, поэт и солдат, лейтенант Михаил Максимов. По просьбе Клавдии Шульженко он добавил в стихотворный текст ту самую знаменитую строку: «Строчит пулемётчик за синий платочек», которая оказалась магической. 

Трогательное пение Шульженко оживило песню, вдохнуло в неё нечто проникновенное и стало оказывать поистине волшебное действие на слушателей. Особенно на пулемётчиков, которые считали, что песня написана исключительно для них. 

На всех фронтах Великой Отечественной войны появилась новая «мода» – к пулемётным гашеткам пулемётчики прикрепляли фотографии возлюбленных (а иногда и платочки или ленты), а сами пулемёты называли именами своих любимых или самой Шульженко, и во время боя нередко слышались такие фразы, как «сейчас моя Клавочка ударит», «мы с моей любимой им сейчас покажем», «бей, Анечка, фашистов!» и другие. 

И вот ещё любопытный факт. На фронте всем солдатам выдавался в виде сухого пайка пшённый концентрат, на упаковке которого печатался переделанный текст «Синего платочка». Там были такие строки:

Вкусная пшённая каша

Жарко кипит в котелке.

Пробуя кашу,

Вспомни Наташу,

Девушку в синем платке.

И вновь, и вновь

Фрицам погибель готовь.

Помни, дружочек,

Синий платочек,

Бейся за нашу любовь!

К сожалению, советское командование не оценило песню в исполнении Шульженко, посчитав чересчур лиричной, и Клавдия Шульженко перестала её петь. Но песня уже жила в сердцах бойцов. И вместе с ними она дошла до Берлина!

Расцветали яблони и груши

Ещё один музыкальный символ Великой Отечественной войны – легендарная «Катюша». Удивительно, но факт – это тоже довоенная песня, трансформировавшаяся в годы войны в «оружие», идущее в бой наравне с бойцами.

Авторами «Катюши» являются поэт Михаил Исаковский и композитор Матвей Блантер. Впервые «Катюша» прозвучала ещё в 1938 году, и не где-нибудь, а в Колонном зале Дома Союзов. Песня сразу имела огромный успех, но ещё больший успех и бессмертную славу обрела в годы войны.

Когда началась война, «Катюша» была «призвана на фронт». И с этого момента она стала меняться. Солдаты были буквально влюблены в эту самую «Катюшу», ставшую собирательным образом всех девушек на войне – в тылу и на фронте. Некоторые даже писали этой «Катюше» трогательные письма, считая её реальной девушкой. Вне всякого сомнения, если бы Победе требовалось дать женское имя, она стала бы именно Катюшей!

Солдатское творчество оказало сильное влияние на текст песни. В разных вариантах Катюша была то медсестрой, то партизанкой, то самым настоящим бойцом. Но всегда Катюша оставалась верной, мужественной, чистой и любящей. Именно эта песня доказывала всем и всякому – любовь возможна в условиях даже самой страшной войны! Любовь – главная причина, чтобы жить и бороться!

Есть фольклорные варианты «Катюши», которые тоже были популярны у бойцов на фронте в разные годы, вроде такого:

Разлетались головы и туши,

Дрожь колотит немца за рекой.

Эта наша русская Катюша

Немчуре поёт за упокой.

Или такого:

Пусть фриц помнит русскую «Катюшу»,

Пусть услышит, как она поёт:

Из врагов вытряхивает души,

А своим отвагу придаёт!

Здесь «Катюша» – это ожившее миномётное орудие, ведущее праведный бой.

Если хотите, эдакий образ русской Валькирии, закованный в броню.

Марина Ситникова

Продолжение читайте в журнале «Чудеса и приключения» #5/2020 (скачать)

Фотография ©Shutterstock.com

Теги: , , ,