Луи Лю родился в 1964 году в Северном Китае. Мальчику, у которого «неплохо получалось», во время китайской культурной революции поручали рисовать множество самодельных агитационных плакатов. И он рисовал. А затем закончил своё обучение в самой престижной Центральной академии изящных искусств в Пекине. В конце 80-х, когда Луи уже был состоявшимся художником и его имя было известно и уважаемо в среде китайских деятелей искусства, он почувствовал тесноту идеологических рамок, определённых руководящей партией. В 1991 году ему удалось покинуть Китай, переехать в Канаду, где он живёт и сегодня.

Свободно владея двумя языками – китайским и английским, Луи пытается и в искусстве объединить два разных языка живописи – восточный и западный. В результате художник зачастую оказывается инсайдером и аутсайдером в обоих мирах. Западному зрителю кажется, что Луи слишком уж прямолинейно и откровенно использует темы и символы европейской и американской живописи, доводит их до абсурда и кича. А у китайского зрителя и критика, привыкшего к традиционным и идеологически правильным картинам, образы, возникающие на холстах Луи, вызывают удивление и осуждение. Тем не менее работы этого необычного живописца успешно продаются и в Китае, и за рубежом, что позволяет ему продолжать поиски своего личного философского камня – нового искусства.

Дело в том, полагает Луи Лю, что последствия культурной революции, уничтожившей огромную часть культурного наследия его родины только для того, чтобы всё оставшееся и создаваемое без каких-либо воспоминаний привести в полное соответствие с генеральной (на то время) линией партии, дают о себе знать и сегодня. Хотя современный Китай в искусстве позиционирует себя как развивающаяся и открытая миру страна, она находится только в начале пути. Как и в науке, и в освоении современных технологий, китайские деятели искусств почти всему учатся, старательно и терпеливо копируя и перенимая опыт европейского искусства, при этом контроль со стороны власти ощутим. Разделить политику и искусство пока не удаётся.

Впрочем, и на Западе, как считает Луи, не лучшее время для настоящих художников и творчества. Все стили, направления, все возможные техники слиты в одну большую жестяную лохань. Так что каждый может назвать себя творцом, как угодно и чем угодно черпая из этого корыта, самовыражаясь чем замысловатее, тем лучше. Но великое искусство не может быть только самовыражением. Настоящий художник, уверен Луи Лю, вовлечён в процесс постоянного и трудного «самоудаления» из творимого полотна. А основная работа – с помощью чужих правил и безличной техники отразить не себя, а живое и постоянно меняющееся настоящее время, в котором границы между искусством, наукой, технологией стираются, а здравого смысла становится всё меньше.

«Запад есть Запад, Восток есть Восток, и вместе им не сойтись» – эти строки «Баллады о Востоке и Западе» Киплинга давно превратились в чеканную формулу и звучат как приговор. Но вот на одной из картин художника две девушки, две узнаваемые и повторяющиеся во многих работах Луи Лю музы – восточная, черноволосая, и западная, белокурая, вместе играют в «колыбель для кошки» на фоне пролома в стене, повторяющего силуэт Китая. Они вместе пока только на картине. Но значит – уже и в искусстве.

Сергей Панасян

Похожие статьи:

Теги: , , , ,