Тема провоцирует вопросы: что за монахиня, почему у неё оказалась пушкинская реликвия и какая именно?

А.Кравчук. Пушкин на Мойке

Начнём по порядку. 23 октября 1973 года в городке Печоры, что под Псковом, хоронили 80-летнюю жительницу Елену Александровну Чижову. На бархатных подушечках несли ордена и медали покойной. Оказывается, она была военфельдшером и с санитарной сумкой прошла всю войну до Праги и Вены. На фронте погиб её сын, Ярослав Игоревич, вступивший в ополчение. Погиб в штыковой атаке, умер на руках у матери. Отец его и муж Елены Александровны Игорь Владимирович Чижов был расстрелян ещё в 1918 году как белогвардеец.

Когда Елена Александровна после войны вернулась в родной Ленинград, то увидела, что в квартире разорвался снаряд, но на сохранившемся обломке стены – о чудо! – висел, как прежде, портрет Пушкина-младенца, семейная реликвия, доставшаяся ей от матери, которая была правнучкой знаменитого русского терапевта, врача с мировым именем Матвея Яковлевича Мудрова. В 1831 году, самоотверженно спасая соотечественников во время эпидемии холеры, он заразился и умер, и одна из его пациенток подарила осиротевшей дочери главу романа «Евгений Онегин» и детский портрет своего сына, в ту пору уже прославленного поэта. Этой благодарной пациенткой и доброй знакомой была Надежда Осиповна Пушкина, мать Александра Сергеевича. М.Я. Мудров лечил всю семью Пушкиных.

В 1832 году 16-летняя Софья Мудрова вышла замуж за Ивана Ермолаевича Великопольского, и они поселились в имении Чукавино вблизи древней Старицы, в Тверском крае. Великопольский был соседом Пушкина по псковскому имению, и в 20-е годы служил в Псковском и Староингерманландском пехотных полках, стоявших во Пскове и его окрестностях. «Бывший гвардеец (из раскассированного Семёновского полка), затем армейский ротный командир, молодой, холостой, темпераментный, остроумный, притом поэт, он был, конечно, желанным гостем в семействах с дочерьми на выданье. И, несомненно, его образ запечатлён Пушкиным в «Евгении Онегине» среди гостей на балу у Лариных:

И вот из ближнего посада
Созревших барышень кумир,
Уездных матушек отрада,
Приехал ротный командир.

В IV и V главах «Евгения Онегина» можно найти и другие «следы» Великопольского. Ну, скажем (об альбоме уездной барышни):

Какой-нибудь пиит армейский
Тут подмахнул стишок злодейский.

Этот задиристый, вспыльчивый, неординарный человек был, видно, автору «Евгения Онегина» симпатичен. Они частенько играли в карты. Как вдруг произошло между ними столкновение, причину которого разъяснила Л.А. Краваль. Исследовательница рисунков Пушкина нашла профиль Ивана Ермолаевича в черновиках периода михайловской ссылки, когда Пушкин называл себя ещё и «тригорским изгнанником». И Пушкин, и Великопольский были влюблены в «нимфу тригорского ручья» Эфрозину (Евпраксию Вульф). По-домашнему – Зина, или Зизи. В V главе «Онегина» читаем:

Между жарким и бланманже
Цымлянское несут уже,
За ним строй рюмок узких, длинных,
Подобных талии твоей,
Зизи, кристалл души моей,
Предмет стихов моих невинных,
Любви приманчивый фиал,
Ты, от кого я пьян бывал.

Соперничество молодых людей из-за Евпраксии Николаевны не привело к дуэли. Слава Богу, закончилось только обменом эпиграммами.

В 1831 году Пушкин женился на Наташе Гончаровой, Евпраксия вышла замуж за барона Вревского, Великопольский женился на Софье Мудровой.

У четы Великопольских родилась дочь Надежда – она и сделала потом надпись на обороте драгоценной миниатюры младенца Пушкина о том, что это подарок Надежды Осиповны Софье Мудровой. Как показало время, следующие поколения семьи бережно хранили эту реликвию.

Элеонора Лебедева

Продолжение читайте в ноябрьском номере (№6, 2013) журнала «Тайны и преступления»

 

Похожие статьи:

Теги: , , ,