Кумир публики, красавец маэстро с пышной шевелюрой, голубыми глазами и отточенными жестами, Герберт фон Караян входит, пожалуй, в десятку лучших дирижёров всех времён и народов. Покоривший мир своим волевым искусством, загадочностью и не в последнюю очередь миллионными тиражами грамзаписей, Караян пришёл к славе небезупречным путём. И стал примером того, что многие гении, точно рабы своего неуёмного уникального дара, ради него готовы на всё.

Дважды нацист

В апреле 1933 года в Третьем рейхе был принят закон, по которому все евреи изгонялись с госслужбы без выходного пособия. Тысячи музыкантов из оркестров и оперных театров, преподаватели музыкальных учебных заведений были выброшены на улицу. Все творческие деятели обязаны были зарегистрироваться в Kulturkammer – Имперской палате культуры, учреждённой Геббельсом. Анкета содержала вопросы не только о профессии, но и о расовой чистоте. Данные проверялись. В палате было заведено 250 тысяч досье. «Не прошедшие конкурс» не могли ни печататься, ни выставляться, ни снимать фильмы, ни выступать в оркестре или театре. Германию покинули десятки корифеев, составлявших славу этой страны. Выдающийся дирижёр Отто Клемперер, глава Берлинской государственной оперы, без гроша в кармане просто сел на поезд до Базеля…

На освободившиеся места хлынули чаще всего второразрядные творческие кадры, зарегистрированные в Kulturkammer. Заметим: никто никого не заставлял одновременно вступать в фашистскую Национал-социалистическую рабочую партию Германии (НСРПГ), ибо Гитлер не придавал этому значения. Людей искусства он считал политическими придурками, сказал однажды: «Воображение, которого требует труд художников, лишает их способности мыслить реалистически». Однако многие ринулись в нацистскую партию немедля, чуя опосредованную пользу такого поступка.

Итак, закон о госслужбе был принят 7 апреля. А уже 8 апреля, узнав о нём из газет, написал заявление о вступлении в НСРПГ 25-летний австрийский дирижёр Герберт фон Караян, подававший большие надежды. Он сделал это в Зальцбурге, в Австрии – не в Германии. Ещё до аншлюса! Что толкнуло его на этот шаг? Достаточно заметить, что выдающийся композитор Рихард Штраус, возглавлявший Имперскую музыкальную палату, привилегированный композитор рейха, никогда не был членом НСРПГ! В недавно вышедшей на русском языке книге Эльетты фон Караян «Он был моей жизнью» вдова дирижёра вспоминает, что Караян до конца дней не мог забыть унижений в начале 30-х, когда он в Берлине, полный сил и распираемый артистическим честолюбием, «пешком, километр за километром, обходил все агентства», чтобы получить работу, и всюду получал отказ. Его желание завоевать Германию было столь велико, что – в это почти невозможно поверить – 1 мая 1933 года он вступил в нацистскую партию ещё раз! Теперь уже в Германии. Правда, сам он как-то отшутился, что сделал это, потеряв членский значок, необходимый ему для публичных выступлений.

После войны, во время денацификации (очищения общества от нацистской идеологии и выявления её проводников), уже без шуток утверждал, u1095 что стал наци якобы «не по своей воле». Друзьям говорил, что ему вступить в партию – всё равно что в Альпийский клуб. Но было и откровенное признание: членство в национал-социалистической партии открывало безграничные возможности. Летом 1934 года австриец Караян подал заявление в германскую Имперскую палату культуры, в третий раз подчеркнув свою лояльность к фашистскому режиму. Вскоре его артистическим агентом в Германии стал оберштурмфюрер СС Рудольф Веддер, находившийся на прямой связи с Гиммлером. Карьера пошла как по маслу.

Из греков в варяги

Герберт фон Караян родился в Зальцбурге в 1908 году, в семье врача. Вопреки ходившим в СССР разговорам, что по происхождению он армянин, греческие предки музыканта когда-то жили в Македонии. Звучное «фон» появилось в XVIII веке, когда его деду, богатому торговцу Георгию Караяннису, присвоили в Саксонии рыцарский титул «риттер». Фамилию урезали до Караяна, украсив её благородной приставкой, так что полное имя будущего дирижёра поначалу звучало как Хериберт Риттер фон Караян.

Юноша необычайной одарённости, закончивший зальцбургскую консерваторию Моцартеум, в 21 год получил место первого капельмейстера городского театра Ульма в Германии. А лишившись его, впервые почувствовал себя страшно оскорблённым. «Моё время придёт наверняка, – убеждал он себя, – и я жду его, спокойно и уверенно». Каким образом в том же, 1934 году он сконтактировался с художественным директором города Аахена Эдгаром Гроссе, членом СС, – большой вопрос. Но именно в это время карьерой дирижёра уже занимался эсэсовец Веддер, и во внемузыкальной биографии Караяна с тех пор немало белых пятен. Недаром после войны Караян яростно уничтожал все следы своей причастности к таким интересным знакомым. Это оказалось возможным не до конца: в 1982 году, несмотря на все протесты знаменитейшего дирижёра, были опубликованы некоторые документы, сохранившиеся благодаря берлинской миссии США. Они, во всяком случае, подтвердили факт его двойного вступления в НСРПГ, хотя он называл это недоразумением и подделкой.

Знаменательны слова Караяна, мечтавшего стать музыкальным директором Аахена: «Чтобы занять этот пост, я пошёл бы на любое преступление». Ясно, что в 1934 году он ощутил значительную поддержку сверху: в свои 27 лет потребовал и получил от города Аахена жалованье, превышавшее зарплату самого мэра!

«Хорст Вессель» на фортиссимо

В 1938 году огромный успех имело исполнение оперы Вагнера «Тристан и Изольда» в Берлинской опере. «Вундер Караян!» – писали газеты. Его начал продвигать сам Геринг. Но вот загвоздка: Караян не приглянулся Гитлеру. По самой достоверной версии, фюрер, обожавший Вагнера, знал все оперы этого композитора наизусть. Караян как-то дирижировал «Нюрнбергскими мейстерзингерами»; певец спел не ту реплику, и присутствовавший в зале Гитлер раздражённо списал ошибку на счёт Караяна – ведь тот дирижировал без нот! С тех пор ему вменялось выступать только глядя в партитуру (иногда он демонстративно ставил её на пульт вверх ногами). Но Караян очень старался, и постепенно он, с его идеальной арийской внешностью, послушанием высшим чинам и проявлениями железной воли за пультом, превратился в один из символов фашистской Германии, олицетворяя собой превосходство высшей расы. На репетиции приходил в сапогах. С лёгкостью играл на концертах, посвящённых дню рождения Гитлера. И всё чаще ему приходилось дирижировать агрессивным маршем, названным по имени автора – «Песня Хорста Весселя», официальным гимном национал-социалистической партии. Обычно его исполняли вслед за государственным – «Песней немцев». (С 1945 года «Хорст Вессель» запрещён в Германии Уголовным кодексом.) Долгие десять лет музыкант заканчивал любые письма неизменным «хайль Гитлер». Томас Манн презрительно называл Караяна «лакеем».

О периоде с 1942 по 1944 год дирижёр тоже молчал всю оставшуюся жизнь. К этому времени он развёлся с первой женой, артисткой аахенской оперетты, и женился на Аните Гютерманн, дочери промышленника. Анита оказалась на четверть еврейкой – и на Караяна завели дело; скорее всего, требовали развода, но он отстоял своё право на частную жизнь.

Какой ценой? На фронт его, как угрожали, не отправили, но концертов поубавилось. Впрочем, для Аниты удалось добыть статус почётной арийки (был в Германии и такой). В 1944 году у него возникли большие неприятности из-за исполнения Концерта для оркестра Готфрида фон Айнема (впоследствии крупного австрийского композитора), которого уже несколько раз допрашивали в гестапо по подозрению в сотрудничестве с антифашистами.

 В 1945-м Караян, наконец, решил бежать. Может, подобно Лени Рифеншталь, он «распознал в Гитлере демоническое»? Или понял, что близок конец фюрера и настаёт время вместе с партией отвечать за содеянное и ему? У знаменитого дирижёра было, конечно, немало поклонников, в том числе среди военных. Получив (или организовав) приглашение в Италию, чета Караянов с помощью знакомого генерала люфтваффе тайно покинула Германию. Караян в тоске потерял в Италии два года, скрываясь сначала на квартире у друга в Милане, а затем на берегу озера Комо. Ведь его уже разыскивали как нациста. Не будь он дирижёром, его путь лежал бы дальше в Южную Америку или, в худшем случае, в дебри Африки. Но профессия, на которую он поставил, требовала публичности, он надеялся – всемирной. Надо было взвесить силы и принять какое-то решение.

 Вундер Караян

Герберт фон Караян родился везучим. В сентябре 1945 года его нашёл майор британской армии, передавший просьбу милостивых победителей выступить в Вене перед солдатами союзнических войск. Правда, там же, в Вене, его всё-таки подвергли подробному допросу, но документы выдали, и он после концерта в жутком вагоне чуть ли не для скота поспешил в самое, как ему казалось, безопасное место в мире – к родителям в Зальцбург. За полгода шагу не сделал из дома. Ведь обвинения, предъявленные ему комиссией союзников по денацификации, были нешуточными: среди прочего – причастность к тайной полиции, доносительство. Однако они были сняты за отсутствием документальных доказательств. К тому же Караян не имел никакого отношения к высылкам и казням. Так что вскоре он вновь стал концертировать. Везде, но только не в Советском Союзе.

К началу 60-х годов Герберт фон Караян довёл свой Берлинский филармонический оркестр, которым руководил пожизненно, до абсолютного совершенства. Выработал с ним особый звук, в котором ледяная воля сочеталась с шёлком линий, а сияние, словно идущее изнутри музыки, заставляло публику буквально цепенеть. В том числе и советскую.

Прошлое было забыто. Оркестр под управлением Караяна гастролировал в СССР трижды: в 1962, 1964 и 1969 годах. Он был настоящий вождь, по-немецки – фюрер. Нет ничего удивительного, что музыканты, боявшиеся авторитарного Караяна, шёпотом сравнивали его с Гитлером. У них и в самом деле было немало общего: целеустремлённость и сосредоточенность, соблюдение дистанции по отношению к простым смертным, аскетизм в общении с женщинами (третья жена Караяна не раз упоминает о его застенчивости), организация восторженных оваций, строгий отбор фотографий для публикаций, следование определённой эстетике: в фильмах с участием оркестра Караяна музыканты посажены рядами – почти аллюзия на ленты Рифеншталь, а прожектора сверху зловеще гуляют, так было перед выходом Гитлера. Оба прекрасно пользовались принципом «разделяй и властвуй»: Караян стравливал две-три звукозаписывающие компании, оркестры – всегда с выгодой для себя. Однако ни тот, ни другой не воровали: доход Гитлера обеспечивала продажа марок с его изображением и книги «Майн кампф»; Караян получал основные средства благодаря своим грамзаписям, производство которых он поставил на поток (его наследство составило 500 млн марок). Уже в цивилизованные времена, входя в здание Берлинской филармонии, он требовал, чтобы служащие выстраивались на лестнице по одному на ступеньке, а он, поднимаясь, каждому подписывал документы.  В Берлине, где он никогда не жил, Караян больше всего любил останавливаться в отеле «Савой». Эльетта пишет, что «Савой» с его лепными потолками, колоннами и хрустальными люстрами приятно напоминал её мужу 1938 год и большие газетные заголовки «Вундер Караян».

Ну что же, в конце концов мир, жадно нуждающийся в кумирах, красоте, в редких минутах высокого счастья, простил Герберту фон Караяну всё. Странным образом его обожали политики. Гельмут Шмидт говорил, что этот дирижёр его зачаровывает. А Тэтчер признавалась самому музыканту, что завидует ему, ибо «люди делают всё, о чём бы он ни попросил». Что ж, похоже, Караян стал для политиков идеальным воплощением их мечты о такой власти, когда массы подчиняются благородному вождю по одному мановению палочки, в его случае – дирижёрской. Ах, кабы так и народы…

Кстати...

У дирижёра было немало спортивных увлечений. С 1950 года он сам водил самолёт – сначала это была «Сессна», потом реактивный «Лирджет». С высоты8,5 кмКараян пикировал почти до самой земли, затратив всего полторы минуты. Его последняя, шестая машина Falcon 10 развивала скорость до900 километровв час. На экзаменах он набрал 93 балла – на 4 балла меньше, чем его личный пилот-профессионал. u1042 В 75 лет дирижёр стал брать уроки управления вертолётами. Кроме того, он занимался дайвингом, водными лыжами, купил гоночную яхту.

Его спортивным увлечениям мешали только вдруг возникавшие сильные боли. В детстве он повредил позвоночник, и через много лет это дало о себе знать. Он перенёс даже несколько операций и продолжал выступать, несмотря на физические страдания. Испытывал ли он страдания нравственные? Свидетельств нет. Воспитанный в католической вере, к концу жизни Герберт фон Караян исповедовал дзен-буддизм.  Он умер в июне 1989 года.

Похожие статьи:

Теги: , , , , , , ,