6 октября 1985 года, после полудня, дежурный офицер посольства СССР в Вашингтоне вручил полковнику Ч., возглавлявшему в резидентуре службу контрразведки, конверт, на котором фломастером было начертано: «Не вскрывать! Передать Виктору ...!» И далее следовала фамилия полковника Ч.

Моё имя и должность останутся неназванными

Отсутствие на конверте дактилоскопических следов свидетельствовало о том, что отправитель в мире шпионажа не новичок. Адресуя письмо полковнику, он демонстрировал осведомлённость о занимаемом им положении в вашингтонской резидентуре КГБ.

В письме сообщалось:

«В самое ближайшее время я отправлю Вам пакет с документами. Они – оригиналы, имеющие отношение к секретным проектам различных подразделений Разведывательного сообщества США.

С точки зрения интересов нашего долгосрочного сотрудничества, пожалуйста, имейте в виду, что круг лиц, обладающих такой степенью допуска к секретам, как я, крайне ограничен. Поэтому эти документы в блоке сразу укажут на меня. Я надеюсь, что Вы, будучи профессионалом, найдёте им надлежащее применение. Я полагаю, что этих документов достаточно, чтобы оправдать выплату мне 100 000 долларов.

В последнее время Вашу службу постигла серия неудач. Предупреждаю Вас, что мистер Борис Южин (линия «ПР», Сан-Франциско), мистер Сергей Моторин (линия «ПР», Вашингтон) и мистер Валерий Мартынов (линия «Х», Вашингтон) были рекрутированы нашими специальными службами.

Сообщение о том, как и сколько Вы должны платить мне, а также данные относительно наших контактов будут посланы лично Вам. Моё имя и положение, которое я занимаю в Разведывательном сообществе США, останутся неназванными для обеспечения моей безопасности».

Далее в письме содержалась информация о сбежавших к американцам советских гражданах. А также приведены данные о расходах правительства США на разведывательную деятельность.

После некоторого раздумья полковник Ч. вспомнил, что 1985-й называют «годом шпиона», и махнул рукой – предложение принимаю, и будь что будет! Новому источнику присвоили кодовое имя Karat, однако чаще в документах использовалось Source – Источник. Забегая вперёд, скажу: потребовалось 16 лет, чтобы полковник Ч. да и всё руководство Службы внешней разведки узнали имя автора письма, вскоре ставшего поставщиком сверхсекретной информации...

Сгусток противоречий

Роберт Филипп Хансен родился 18 апреля 1944 года в Чикаго в семье полицейского и домохозяйки. В детстве он мечтал пойти по стопам отца, но родители хотели дать ему более престижную профессию. Боб поступил и в 1966 году окончил иллинойский Колледж Кнокс по специальности «химия», там же приобрёл знания русского языка.

В 1968 году женился на Бонни Вок, набожной католичке, рьяном члене закрытого консервативного религиозного общества Opus Dei («Божий промысел»), по слухам, оказывавшего влияние даже на Папу Римского Иоанна-Павла II. Хансен, исповедовавший лютеранство, под влиянием жены перешёл в католичество и стал членом этого общества.

После окончания колледжа Хансен поступил в чикагский Северо-Западный университет, чтобы стать зубным врачом, но вскоре передумал и перешёл на факультет учёта и бухгалтерского дела, который закончил в 1971 году. Получил диплом магистра деловой администрации по специальности «Бухгалтерия и информационные системы». Поработав в одной из городских финансовых компаний консультантом, Хансен, во исполнение мечты детства, поступил в департамент полиции Чикаго.

Окончив местное полицейское училище, занял должность следователя по финансовым правонарушениям. Через некоторое время был переведён в элитное спецподразделение С-5, основной задачей которого являлось разоблачение коррумпированных сотрудников полиции. Но даже эта ответственная должность не могла удовлетворить его честолюбие, и через три года он подал рапорт о переводе в Федеральное бюро расследований. Учитывая, что Хансен хорошо владел русским языком, по его рапорту было принято положительное решение.

12 января 1976 года его зачислили в штат ФБР и направили на учёбу в училище в штате Индиана. Затем Хансен в течение трёх лет работал в чикагском отделении, где специализировался на преступлениях, связанных с растратами и взяточничеством.

В 1979 году его перевели в нью-йоркское отделение ФБР, где поручили создать автоматизированную базу данных для выявления и слежки за сотрудниками советской разведки. В ежегодных аттестациях начальство отмечало, что Хансен – «отличный специалист в области электронно-вычислительной техники, нестандартно мыслящий сотрудник, стремящийся повысить эффективность деятельности ФБР, но имеющий противоречивый характер, иногда мешающий ему находить общий язык с коллегами».

И в самом деле, Хансен всегда охотно помогал сослуживцам, однако они считали его чудаковатым «гением». Он мог долго доказывать безбожность коммунистического мировоззрения и ругать Америку, которую называл «сильным, но умственно отсталым ребёнком, поддающимся внушению и поэтому потенциально опасным».

Образцовый католик Хансен регулярно с семьёй посещал церковь, а такие заведения, как стриптиз-клубы, называл «прибежищем греха». В отличие от большинства Хансен никогда не носил положенного ему огнестрельного оружия. Имел мрачный вид, предпочтение отдавал костюмам чёрного цвета. За костюмы и за отсутствие чувства юмора коллеги за глаза называли его Гробовщик или Доктор Смерть. Однако никто не слышал от него жалоб на весьма скромное по меркам многих жалованье – 46 тысяч долларов в год, – и это при том, что у него на иждивении были шестеро детей и неработающая жена!

Действительно, все близко общавшиеся с Хансеном люди считали, что он меньше всего похож на человека, который мог стать агентом русской разведки.

Деньги для матери Терезы

Однажды, это было в ноябре 1979 года, Хансен запросто вошёл в офис советской внешнеторговой организации «Амторг», которая использовалась Главным разведывательным управлением (ГРУ) Генштаба ВС СССР в качестве прикрытия, и предложил свои услуги в качестве информатора. А чтобы подтвердить свою готовность к сотрудничеству, выдал генерала ГРУ Дмитрия Полякова, «таскавшего каштаны» для ЦРУ, и список советских дипломатов, подозреваемых ФБР в принадлежности к разведывательным органам СССР. Так, ещё за шесть лет до установления контакта с КГБ, Хансен начал сотрудничать с ГРУ, подписывая свои донесения псевдонимом Ramon Garсya.

В 1980 году его жена Бонни, подозревая супруга в любовной связи на стороне, исподволь стала следить за ним. И однажды ночью, нагрянув в подвал их дома, застала его за работой над агентурным донесением для сотрудника ГРУ. Чтобы убедить жену, что он пишет отнюдь не любовное послание, Хансен признался, что состоит в тайной связи с русскими, однако заверил её, что водит их за нос, передавая ничего не значащую информацию.

Игорь Атаманенко

Продолжение читайте в мартовском (№02, 2014) журнала «Тайны и преступления»

Похожие статьи:

Теги: , , , ,