Чудовищные убийства и злодеяния гитлеровцев в годы Великой Отечественной войны, разграбление и уничтожение тысяч городов и сёл на оккупированной территории Советского Союза взывали к отмщению. 29 июня и 18 июля 1941 года руководством страны, призывавшим «Пусть земля горит под ногами захватчиков!», были приняты директивы об организации партизанской войны. Сотрудники 4-го диверсионно-разведывательного управления во главе с генерал-лейтенантом П.А. Судоплатовым начали священную войну против карателей и имперских наместников на Украине. Они осуществили ряд дерзких по отваге операций, и около сотни высоких гитлеровских чинов понесли заслуженную кару. Их ликвидация бойцами отряда специального назначения «Победители» стала кошмаром для оккупационной администрации Украины и нацистских бонз Германии.

Особо почётное место в строю народных мстителей принадлежит разведчику Николаю Ивановичу Кузнецову. Точно и образно о его праведной миссии сказал генерал Судоплатов: «Николай Кузнецов – скальпель в руках опытного хирурга для удаления фашистских наростов. А «хирург» этот – 4-е управление…»

Николай Иванович (Ника) Кузнецов родился 27 июля 1911 года в уральской деревушке Зырянке Камышловского уезда Пермской губернии, что в 225 километрах от Екатеринбурга. В школе Ника учился легко, имел редкостную память: за вечер мог выучить наизусть столько стихотворений, сколько успевал прочесть; мысли выражал чётко, слов-паразитов не употреблял, никогда не сквернословил. Оно и понятно: ведь он происходил из семьи старообрядцев, где были строгие нравы, да и сотни прочитанных книг сделали своё дело.

В 1924 году Ника, чтобы получить аттестат зрелости, перебрался в город Талицу. Там обнаружились его феноменальные способности к иностранным языкам. Увидев в городской библиотеке книги иностранных классиков, экспроприированных у местного владельца спиртового завода и выставленных на всеобщее обозрение из-за богатых кожаных переплётов, он заинтересовался и решил прочесть их в оригинале. Английский и французский языки Ника освоил самостоятельно, а под руководством школьной учительницы, выросшей и получившей образование в немецком кантоне Швейцарии, и в общении с военнопленными немцами, осевшими в Талице после Первой мировой войны, овладел шестью диалектами немецкого языка! Талантливый человек талантлив во всём – полиглот Ника ещё и блестяще выступал в школьном театре. Ярким событием для всей округи стала сыгранная им роль комиссара Кошкина из известной пьесы Константина Тренёва «Любовь Яровая». На сцене впервые обнажились уникальные черты личности Кузнецова: умение мгновенно перевоплощаться, гипнотическое обаяние, азартность, решительность и готовность к самопожертвованию. Годы спустя всё это помогло Кузнецову выполнять разведывательные задания в Москве и на Украине.

В 1926 году Кузнецов поступил в Талицкий лесной техникум, окончив его, приступил к работе лесничим в Земельном управлении города Кудымкара Коми-Пермяцкого национального округа. Его друзья несказанно удивились бы, узнав, что Ника, член кружка любителей театра и политграмоты, призёр лыжных и стрелковых соревнований, изучает труднейший (!) коми-пермяцкий язык. Но этому как раз не стоило удивляться: в Кузнецове своеобразно сочетались общительность и скрытность, граничащая с замкнутостью.

Однако, что 2 декабря 1930 года в Кудымкарском загсе Кузнецов зарегистрировал брак с медсестрой Еленой Чугаевой, друзья знали. Удивились, когда через три месяца молодые расстались. Ещё один крутой поворот в жизни Ники случился после нападения на него «чёрных лесорубов». Жизнь ему спас револьвер Smith & Wesson – как госслужащий Кузнецов имел право на ношение оружия. Показания местным чекистам Николай давал на их родном – коми-пермяцком языке, и они решили пополнить свой запас агентов русским парнем, который лучше них владеет их родной речью. Решено – сделано. Войдя в райотдел лесничим, Кузнецов вышел оттуда секретным сотрудником с кодовым именем «Кулик» – завербовали…

В 1934 году Николай переехал в Свердловск, поступил на вечернее отделение рабфака Уральского индустриального института и одновременно работал в КБ «Уралмаш». Там он под псевдонимами «Учёный» и «Колонист» по заданию областного управления НКВД изучал связи работавших на заводе немецких специалистов с военной разведкой Германии – Абвером.

Кстати, когда в ходе горбачёвской перестройки в прессе появились данные о негласном сотрудничестве Кузнецова с органами госбезопасности, его оперативный псевдоним «Колонист» сыграл злую шутку с репортёрами центральных СМИ. В погоне за славой они состряпали эксклюзив с таким пассажем: «Разведчик-то наш вовсе не Кузнецов Николай Иванович, а Николас Иоаннович Шмидт, выходец из немецкой колонии в Саратовской области. Отсюда и фамилия Кузнецов («кузнец» по-немецки – «шмидт»), и свободное владение немецким языком, и псевдоним «Колонист»!»

Не отсюда. Не знали те комбинаторы, что исконно русский мужик Кузнецов, обладая уникальной памятью и абсолютным музыкальным слухом, кроме немецкого, владел ещё французским, английским, польским, эсперанто, коми-пермяцким языками. Более того, был гениальным актёром по жизни, что присуще только выдающимся разведчикам.

В январе 1936 года Кузнецов уволился с «Уралмаша» и больше нигде и никогда не работал, а только выполнял задания органов государственной безопасности в качестве спецагента или агента-маршрутника, командируемого в любую точку СССР.

Между тем в истории страны начиналась кровавая полоса – «ежовщина»: массовые репрессии обескровили все слои советского общества, в том числе и корпус чекистов. В жернова репрессий угодил и Ника. При выполнении задания он по неопытности и горячности допустил ошибки, которые признал и раскаялся. Преступного умысла в его действиях не было и в помине, а между тем ему едва не вменили «пятьдесят восьмую» расстрельную статью. Несколько месяцев, пока шло следствие, Кузнецова содержали в подвале внутренней тюрьмы Свердловского управления НКВД. Там он прошёл через такие испытания, от которых у него, двадцатишестилетнего здоровяка-уральца, наполовину выпали волосы на голове. По счастью, нашлись люди, сумевшие, рискуя собственной свободой, а то и жизнью, добиться его освобождения.

Игорь Атаманенко
Продолжение в №3/2017 журнала «Тайны и преступления», стр. 9 -19

Теги: