…Достоверный факт: на одном из балов, частотой и пышностью которых столь славился королевский двор Франции, Людовик XV приметил очаровательную незнакомку – миниатюрную блондинку со светло-голубыми томными глазами. Большой ценитель (и любитель!) женских прелестей, король немедля пригласил её на танец, во время которого, пройдясь рукой по телу партнёрши, вдруг побледнев, не веря своим глазам, воскликнул:

– Поразительно! Вы мужчина?

Это маленькое недоразумение, скорее всего, через неделю и забылось бы, но год спустя в Санкт-Петербурге появился некто Дуглас Макензи, скупщик мехов, сопровождаемый племянницей – девицей Луизой де Бомон. Дядя интересовался шкурками горностая и соболя, чёрными лисами, рысями... И кое-чем ещё, что предписывала ему секретная инструкция, датированная 1 июня 1755 года. Весьма обширная, однако, изложенная мельчайшим почерком, она умещалась между стенками табакерки, с которой Макензи никогда не расставался. А инструкция повелевала разведывать численность русской армии и состояние русского флота, ход русской торговли, взаимоотношения в правительстве. И прежде прочего – силу влияния фаворитов царствующей Елизаветы Петровны (дочери Петра I) на международную политику России. Требовалось узнать, кто из них симпатизирует Англии, кто – Австрии или Пруссии, а кто – Франции...

Оказалось, среди приверженцев Франции – граф Михаил Воронцов, вице-канцлер. К нему-то и направилась племянница Макензи, девица де Бомон, выпросив у графа тайное, тет-а-тет, свидание. Михаил Илларионович, не чурающийся плотских удовольствий, уступил настойчивости прелестной иностранки, живо вообразив вероятные фривольные приключения. И впрямь – после обмена любезностями гостья решительно расстегнула корсет и сняла башмаки. Но, увы, совсем не для тех целей, о которых грезил игриво настроенный граф. Из корсета Луиза извлекла, выдернув скрепляющие нитки, грамоту Людовика XV, подтверждающую полномочия предъявителя, а из подошвы башмака – ключ к шифрованной переписке.

А дальше обескураженный граф выслушал по-военному краткое и чёткое изложение цели миссии скупщика мехов и его племянницы. Людовик XV хотел бы восстановления разрушенных дипломатических связей России и Франции. Более того, он приветствовал бы союз двух государств, коему видит в России немало как сочувствующих, так и противников, и посему полагает нужным воспользоваться услугами частных лиц для вручения императрице личного послания.

– Где оно? – спросил граф.

– В сочинении месье Монтескье, – и Луиза протянула толстую книгу с золотым обрезом. В её переплёт, обтянутый телячьей кожей, были вложены письмо Людовика Елизавете и шифровальная азбука персонального назначения. – Я надеюсь, граф, – добавила Луиза, – вы составите нарочную оказию, чтобы я могла вручить этот фолиант лично императрице...

В покоях императрицы

Воронцов, конечно, придумал повод, и Луиза де Бомон была представлена Елизавете Петровне. Произвела, очевидно, приятное впечатление, поскольку вскоре была допущена в спальные комнаты государыни. Та изъявила желание: «Пусть Лизонька почитает мне вслух что-нибудь из французских авторов...» Вероятно, в один из многих вечеров, когда чтение перемежалось рассказами о достоинствах Людовика XV (преклоняющегося, как оказалось, пред красотой и мудростью российской владычицы), а также совместным живейшим обследованием синей жилки, которой вчера ещё на бедре Елизаветы не было, Луиза де Бомон и вскрыла кожаный переплёт книги Монтескье. Ну а в результате... По свидетельству историков, вопреки препонам, чинимым при царском дворе русско-французскому сближению, Лизонька таки успела «расположить императрицу в пользу короля до такой степени, что та написала Людовику самое дружелюбное письмо с предложением прислать официального дипломатического агента для заключения взаимного союза между обоими государствами».

С этим секретным письмом девица де Бомон уехала на родину. А вскоре вместо неё в Санкт-Петербург вернулся уже знакомый нам кавалер Дуглас Макензи в ранге посланника и с секретарём – шевалье д’Еоном. Облик шевалье кое-кого смутил, кое-кого вверг в подозрение – был он внешностью точной копией Лизоньки. Однако всё объяснилось восхитительной причудой природы: секретарь и Луиза – близнецы!

Императрицу подобное объяснение удовлетворило, зато канцлер граф Алексей Петрович Бестужев-Рюмин, предпочитающий Франции Австрию, столь удивительного сходства не принял и тотчас отрядил в Париж верного человека: найти девицу де Бомон и обманом ли, принуждением ли доставить к нему! Граф Бестужев предполагал, что никакой Луизы просто не существует, что под её именем в покои царицы проник и преступно наблюдал государыню неглиже «ловкий французишка».

Владимир Свирин

Фотография — shutterstock.com ©

Продолжение читайте в апрельском номере (№4, 2013) журнала «Чудеса и приключения»

Похожие статьи:

Теги: , , , ,