В мае 1743 года беломорский купец Еремей Окладников снарядил корабль к западным берегам архипелага Шпицберген, на которых русские поморы добывали моржа и тюленя. На девятый день плавания ветер переменился. Пробиться к традиционным местам охоты на морского зверя не удалось. Поморское судно пристало к острову Эдж на юго-востоке Шпицбергена, чтобы дождаться попутного ветра.

Утром следующего дня русские моряки увидели безотрадную картину: к берегу подступали льды. Они подбирались всё ближе к кораблю, захватывая его в клещи. Опасность нарастала.

Штурман Алексей Инков вспомнил, что когда-то на этих берегах зимовали его земляки-мезенцы. Они привезли с собой лес и построили здесь хижину. Капитан принял решение отыскать место зимовки предшественников на случай, если придётся покинуть корабль. Штурман и три матроса отправились на разведку, взяв с собой ружьё, порох и пули на двенадцать зарядов, топор, котелок, двадцать фунтов муки, огниво и трут, нож, табак и курительные трубки.

Остров был пуст и необитаем. На горизонте вздымались острые чёрные вершины, под ногами камни и лёд. Холодный ветер сёк лица.

Избушку обнаружили к концу дня на соседнем острове Полумесяца, на который моряки перешли по ледяным торосам. Просторный домик с сенями и печкой при небольшом ремонте был вполне пригоден для зимовки. К вечеру погода испортилась, ветер усилился, по всем признакам надвигался шторм. Штурман с матросами решили заночевать, а рано утром поспешили обратно, чтобы обрадовать хорошими вестями своих товарищей.

Охотники преодолели последний крутой гребень, им открылся берег, который они покинули накануне. Все четверо как по команде замерли. Перед ними было серое, пустынное, свободное ото льда море, но корабль исчез. Ночной шторм разметал льдины, которые могли раздавить судно. Предположить, что корабль вышел в открытое море в шторм, было трудно. Судно пропало без вести, а четверо моряков – штурман Алексей Инков, его двоюродный брат Хрисанф, Степан Шарапов и Фёдор Веригин – остались одни, почти без припасов, на необитаемом острове с суровым климатом, в полутора тысячах километров от родного дома, на 77-м градусе северной широты.

Опытному штурману не раз приходилось зимовать в высоких широтах, правда, с запасом провианта, тёплой одеждой и топливом. Но отчаиваться и сетовать на судьбу не имело никакого смысла. Если они сами о себе не позаботятся, то умрут с голода или замёрзнут.

В первую очередь моряки отремонтировали стены хижины: укрепили брёвна, в дыры натыкали мха, в изобилии росшего на острове. Затем занялись охотой на северных оленей, стада которых бродили вокруг в большом количестве.

Надвигалась зима. В суровом арктическом климате не растут деревья, где же взять дрова? К счастью, к берегам острова волны регулярно прибивали деревянные обломки потерпевших кораблекрушение судов, а иногда даже большие деревья с корнями.

Когда вышел порох, встала проблема пополнения запасов мяса. Нужда стимулирует изобретательность. Полярные робинзоны соорудили кузницу. Из железных предметов, которые встречались в обломках кораблей, они наковали наконечники для копий и стрел. Из веток и корней деревьев изготовили рогатины, лук и стрелы. Жилы убитых оленей пошли на крепление и тетиву.

С таким первобытным вооружением моряки с большим риском для жизни убили белого медведя. И хотя удачная, но опасная охота надолго обеспечила их мясом, они решили больше без крайней нужды не нападать на свирепых хищников и избегать встреч с ними. Но зимой медведи часто сами подходили к жилищу людей. Некоторые из хищников были настолько настойчивы в своих попытках забраться внутрь, что, обороняясь, приходилось их убивать. За шесть лет робинзонады поморы убили десять медведей, 250 оленей и великое множество песцов. К сожалению, в море не было рыбы, а птицы, моржи и тюлени для своих колоний облюбовали другие берега.

Иван Медведев

Фотография — shutterstock.com ©

Продолжение читайте в майском номере (№5, 2013) журнала «Чудеса и приключения»

Похожие статьи:

Теги: , ,