Всю свою жизнь Николай Васильевич Гоголь был благодарен Пушкину за то, что тот, с интересом прочитав написанные им небольшие сценки, натолкнул начинающего писателя на мысль приняться за большое произведение: «Как с этой способностью угадывать человека и несколькими чертами выявлять его вдруг как живого – с этой способностью не приняться за большое сочинение?! Это просто грех». И Пушкин набросал сюжетные линии будущих «Мёртвых душ», над которыми Гоголь работал в Италии, где прожил пять лет. Гоголь боялся произвести на читателя этим произведением слишком удручающее впечатление и старался несколько сгладить отрицательные стороны своих героев.

«Если бы кто видел те чудовища, которые выходили из-под пера моего вначале, – писал Николай Васильевич, – он точно бы содрогнулся».

Несмотря на овладевающую временами тоску по России («Теперь передо мной чужбина, вокруг меня чужбина, но в сердце моём Русь, одна только Русь»), Гоголь очень полюбил Италию и особенно Рим. Он даже говорил, что нет лучшей участи, чем умереть в Риме, и что здесь «человек целой верстой ближе к Богу».

В Риме Гоголь постоянно посещал картинные галереи, любил бывать в доме княгини Зинаиды Волконской. Погружаясь в юную красоту природы, словно в противовес создавал он нелицеприятные образы всех этих маниловых, собакевичей, плюшкиных, коробочек, ноздрёвых, утверждая, что отдельные черты он как бы списывал… с себя. Мол, подобно Чичикову, у него была страстишка приобретать в огромных количествах чернильницы, пресс-папье; у Гоголя-человека была страсть к хромовым сапогам и бархатным жилетам. Подобно Петуху, Гоголь мог часами толковать с поваром о кулебяке. В молодости он очень любил поесть, аппетит его удивлял окружающих. Описанные в «Шинели» страдание от холода были навеяны собственными ощущениями, когда он целую зиму проходил в летней шинели. Именно ею наградил он приехавшего из Рязани поручика. Наконец, Гоголь признавался, что в его характере есть «нечто хлестаковское».

Как и у каждого человека, были у Гоголя свои слабости, но в отличие от обыкновенных людей он видел их как бы со стороны, изживал и изображал в своих великолепных творениях, одновременно смеясь и негодуя. Закончил свою жизнь Николай Васильевич в сорок один год, будучи глубоко верующим человеком редкой аскетичности.

«Мир Божий», 1890

Похожие статьи:

Теги: , , , ,